Таня Гроттер и ботинки кентавра

 – Надеюсь, сегодня ты не ночуешь дома?

– Нет.

– Это хорошо. Ко мне сегодня вечером должен заглянуть дядя Бодуэн, чтобы обсудить пристройку веранды.

– Вы обсуждаете это уже лет пять.

– Ах, Ург! Бедную женщину так просто обмануть, особенно когда речь идет о веранде. А теперь марш! Прежде чем ты снова смоешься, заскочи в лавку – стащи для меня что-нибудь поесть. Только осторожнее, чтобы торговец тебя не заметил, а то он пришлет пару форточников почистить у нас гостиную.

– Разве ты не хотела, чтобы я завязал? – насмешливо спросил Ург.

– Хотела. Но этот торговец ужасный жулик. Не хватало еще, чтобы мы давали ему деньги. А теперь марш отсюда! Ты меня вконец расстроил!

– Хорошо, мам. Я скоро…

Лестница вновь заскрипела. Ург спускался. Таня задумчиво посмотрела на Ягуни:

– Ты слышал? Они тут все такие странные… Никто никому не платит, никто ничему не удивляется… Занятное местечко, не находишь?

– Тыр, Тыр, Тыр… – повторил Ягуни. – Вслушайся в само звучание этого слова! Какая мелодика! Какая выразительность! Больше я ничего не скажу. Я нем, как дохлый водолаз!

Дверь открылась. Из дома выглянул Ург.

– Как вы? Не устали ждать? Я слегка пообщался с мамулей. Братьев, как всегда, нет дома. Сейчас загляну ненадолго в лавку, раздобуду чего-нибудь перекусить мамуле и в путь. Вы как, прошвырнетесь со мной? – спросил он бодро, бросая на них испытующий взгляд.

– Прошвырнемся. Люблю осматривать новые места, – сказала Таня.

Ург с облегчением вздохнул. Таня поняла, что он догадывается, какую услугу оказали ему стены дома, и благодарен им за такт.

– Короткий инструктаж… – сказал он. – Если у нас в Тыре детишки будут к вам на руки проситься, не берите! А если целая толпа малышни окружит – сразу прорывайтесь куда глаза глядят. Если собьете кого с ног – ничего.

– А если они совсем маленькие? – поинтересовался Ягуни.

– У нас и карапузы работают. Я, короче, предупредил. И если маленькая девочка с ромашкой подойдет и будет застенчиво лимонадом угощать – тоже не пейте. Это моя двоюродная сестра, она на клофелин лохов разводит, – проворчал Ург.

Он знал, о чем говорил. Едва они вышли на площадь, как к ним, откуда ни возьмись, точно воробьи на корку хлеба, кинулись ребятишки и облепили их со всех сторон. Их было по меньшей мере несколько дюжин. Самому старшему на вид лет восемь. Младшие были примотаны платками к спинам девочек. Ург без всяких церемоний разогнал их, но после, сжалившись, все же кинул им пару монет. Монеты растаяли, не долетев до земли. Когда детишки разбежались, Ург обнаружил, что у него исчезла серебряная пряжка с пояса. У Ягуни разрезали сумку, а Таня заметила, что в замке футляра от контрабаса торчит сломанная отмычка.