Танго втроем

Хочешь мне сообщить ещё какую-нибудь скабрезненькую подробность? — поднимаю вопросительно бровь.

Знаю я каждую сомнительную подробность про её Зайцев, Марьяна. Детка исповедуется мне, стоя на коленях… Ах!

И её Сломанный Заяц, считай, вегетарианское блюдо. Женечка бережёт его ванильную психику.

Но Марьяна не решается. У женщин обычно неплохо с интуицией, и, видимо, она не исключение.

— До свидания.

Это правильно.

— Хорошего вечера.

Минут через пять рядом с моей тачкой паркуется Коваленко. Выхожу ему навстречу.

— Добрый вечер.

— Привет, Олег.

Пожимаем друг другу руки.

— Чего не поднялся?

— Да только подъехал. Пойдём?

— Женя уже спускается. Я её отпустил.

— Хорошо. Как твоё самочувствие? — пытливо разглядываю его.

Вчера было опять жестковато…

Лицо оживает, взгляд уходит по верхней дуге, он облизывает прокусанную губу. Его слегка передёргивает. Вспоминаешь?

— Каким оно было вчера, я в курсе. Как ты чувствуешь себя сейчас?

— Сейчас… я пока еще ТАМ.

— А почему ты тогда за рулём, Андрей? Даже сутки не прошли. У тебя очевидные спейсы. Я же тебя предупреждал…

— Сел только машину на стоянку пригнать. Костю отпустил минут пять назад. Домой на такси поеду.

Ладно… Хороший мальчик.

За спиной усиливается звук басов из какой-то тачки. Рефлекторно оглядываюсь.

Спортивная серебристая «бэха»…

Всматриваюсь в номера.

Ооо… Женькин Немец!

Он проезжает дальше, паркуется между нами и выходом, стёкла машины дрожат от басов. Открывает окно. Музыка становится ещё громче.

Неслучайная встреча? Почти все офисы здесь в это время уже не работают.

Андрей следит за моим взглядом.

— А в целом? Всё хорошо? Спина как?

— Да всё отлично, Олег! — ухмыляется. — Спина… ноет…

— В бассейн в субботу с нами хочешь?

— Так… спина… там же…

— Я снимаю весь бассейн. С одиннадцати вечера до часу ночи. Будем только мы с Женей. И ты. Если хочешь.

Женечка любит топить котят…

— Я хочу?..

— Ты хочешь.

Женя оглядывается, выпорхнув из двери. Улыбается нам. Я вижу, как сносит Андрея. И как его грудная клетка увеличивается на вдохе и так и застывает.

Как ты работаешь, Заяц мой?…

И я вспоминаю, как она сносила мне башню, когда мы работали вместе. И как парился, забывая обо всём на свете, пересекаясь с ней. И как рычал за это на неё, а она улыбалась и спускала мне с рук любые неадекваты. Умная женщина!

Выдыхаю с облегчением, что сейчас не я Снизу, а она. И что мы не работаем вместе. Могу касаться её и брать в любой момент, снимая этот разрывающий напряг.

Улыбаясь нам, Женя дефилирует под музыку мимо тачки Филлера. Он курит, высунув в окно руку с сигаретой. Андрей не отводит от Жени глаз. Не останавливаясь, Женя забирает из пальцев Немца сигарету и затягивается.

Андрей каменеет, сдвигая брови.

— Олег? — возмущённо и требовательно.