Танец вокруг живота

Видно только, что в «Форде» открыта дверца. И оттуда торчат чьи-то ноги.

— Чьи ноги? Чьи? — разволновалась еще больше Леся.

— Ой! — издала Кира сдавленный возглас. — Леська! Там Мустафа!

— Ну, ясное дело! — произнесла Леся. — Мустафа там. Машина же его, значит, и он там.

— Ты не поняла, — пробормотала Кира. — Он там. Но, кажется, он…

— Что он? — поторопила Леся замешкавшуюся подругу. — Говори!

— Но, кажется… он мертвый! — договорила Кира и повернула к Лесе побледневшее лицо.

— Нет, нет! — не поверила ей Леся. — Не может быть! С чего бы ему умирать? Я видела его вчера, и он прекрасно себя чувствовал! Очень активно ко мне приставал! И строил далеко идущие планы на наш совместный отдых.

И тем не менее ей пришлось признать, что Кира не ошиблась. Вернувшийся к подругам Тим подтвердил слова Киры. И еще он добавил, что Мустафу нашли всего полчаса назад в своей собственной машине. Кто-то из работников отеля обратил внимание, что Мустафы нет на его обычном месте возле бара, где он плотно устраивался с самого утра. Этот человек решил поискать Мустафу и в конце концов обнаружил его.

— По всей видимости, его задушили, — произнес Тим. — У него на шее такая характерная темная полоса. И знаете, мне это совсем не нравится.

— Что уж тут может нравиться, — пробормотала Кира. — Когда человека убили.

Леся молчала, сосредоточенно обдумывая что-то.

— А когда это случилось? — спросила она.

— Черт его знает, — буркнул Тим. — Он уже совсем остыл.

— Выходит, его могли убить сразу после того, как я пошла к себе в номер переодеваться? — прошептала Леся.

— Может быть, — неохотно подтвердил Тим. — Ну и что с того? Это даже хорошо, что тебя не было с ним. А то бы и тебя…

Но он не успел договорить. Леся, живо представившая себе, что с ней могло произойти, останься она с Мустафой, почувствовала, как весь мир куда-то плавно удаляется от нее.

Человек сидел на шезлонге и задумчиво смотрел на водную гладь бассейна. Мимо него ходили почти обнаженные человеческие самки, лишь чисто символически прикрытые крохотными кусочками материи. Но он не обращал на них никакого внимания. Они не волновали его кровь. Когда-то в другой жизни, еще до того, как он впервые испытал укол истинного наслаждения, да, они занимали его, эти роскошные, точнее, простоватые женщины.

Но теперь все изменилось. С того волшебного мига три года назад, когда он впервые ощутил, что в этом мире существует неизмеримо более сильное наслаждение, обычные женщины перестали его интересовать. Теперь связь с ними он мог рассматривать только через призму своего иного, закрытого от всех мира. И эти отношения теряли всякий смысл.

Он потянулся и лениво прикрыл глаза. Вроде бы все прошло гладко. Правда, пришлось подчищать за собой следы.