Парный танец

Оставлять Элю наедине с мужем не хотелось, но она понимала, что соперницу видеть ей тяжело. Делать было нечего, и Дарья ушла, решив потребовать объяснений происходящему у Камияра. Почему тот ни слова не сказал о том, что они должны куда-то лететь? Обстоятельства складывались – хуже не придумаешь.

После ухода старшей сестры Марр не сводил глаз со своей пары. Видел – она поняла, что он все слышал. Хотела опустить глаза, но пересилила себя и посмотрела с вызовом.

– Тебе нравится мой брат? – напрямую спросил барс. На бледных щеках его жены вспыхнули два алых пятна.

– Да. Всегда нравился, – не стала отпираться она. – Прежде чем на мне жениться и везти куда-либо, следовало поинтересоваться не только моим именем, но и сердечными привязанностями. Вас это задевает? Почему? Это же было до встречи с вами.

В который раз барс оценил ее умение возвращать ему его же слова. Вот только Ханту сейчас была совершенно безразлична Наира и все остальные женщины вместе взятые, а Элино увлечение младшим братом, судя по реакции, никуда не делось. И это рвало в клочья весь самоконтроль!

– Ты собиралась тянуть время до конца года, – обвиняюще произнес он, надвигаясь на нее. Жена не дрогнула. Стояла напряженная, как струна, и, сжимая кулаки, продолжала бросать ему вызов.

– Разве я вас хоть в чем-то обманывала? Вы мне не нужны, я не желала этого брака и хочу домой, – с ранящей откровенностью призналась она.

Ноздри барса щекотал сладкий запах его пары. Мужчина и шатх сходили с ума оттого, что они не нужны ей, вот только у них не было выбора, и в едином решении они не оставили его и Эле.

– Твой дом здесь.

Марр ишт Хант невидимым для глаз движением переместился к жене, зафиксировал ее голову и вонзил клыки в шею, ставя метку.

Эля дернулась от боли, вскрикнув, но вскоре начали действовать феромоны, и она прекратила сопротивление. Он убрал клыки и стал зализывать рану, останавливая кровь. Потом подхватил ее на руки и понес в спальню, положил на постель.

– Нет… – сделала она слабую попытку оттолкнуть мужа, когда он склонился к ее лицу, и поцелуй пришелся в висок.

Не стал настаивать. Вышел в гостиную, отдал указания и отпустил служанок, после чего вернулся. Эля уже сидела на кровати и трогала шею.

– Почему так жарко? – посмотрела она на него расширенными глазами. Бледность исчезла, и на щеках горел лихорадочный румянец.

– Давай помогу, – подойдя к ней, стал расстегивать пуговички на платье.

Его жена прерывисто вздохнула и ахнула, когда он случайно коснулся ее груди. Соски натянули материю платья, и Хант уже намеренно погладил их. Последовавший грудной стон стал последней каплей, и, запрокинув ей голову, он накрыл желанные губы своими, срывая долгожданный поцелуй. Эля больше не сопротивлялась.

У Марра закружилась голова от желания.