Танец Бешеной

(Но ни словечком не упомянуто, чем, собственно, эта фирма занимается.) Тот самый реанимобиль, сверкающий лаком. Две «газели» с брезентовыми тентами. Черная «Волга». Два «рафика», синий и белый, без всяких надписей и эмблем. Даша нерешительно попятилась – на «Волге» были номера прокуратуры области…

– Рыжая!

Дверца белого «рафика» распахнулась, и оттуда, пригнувшись, выбрался полковник Бортко по кличке Ведмедь. Прочно утвердился на земле, расставив ноги, поманил Дашу пальцем. Он был в штатском, в мешковатой длинной куртке, но на плече, на длинном ремне висела пластмассовая кобура со «Стечкиным»."

"Даша медленно направилась в его сторону, вяло подумав, что следовало бы удивиться. Импровизированная стоянка, словно получив неслышный Даше приказ, в мгновение ока ожила. Навстречу целеустремленно протопали, разминулись с ней крепкие ребята в масках-капюшонах и пятнистых комбинезонах, кругло оттопыренных на груди бронежилетами. На рукавах у всех виднелась совершенно незнакомая эмблема, все они держали черные продолговатые коробки и на ходу их звонко раскрывали, превращая в коротенькие автоматы. По мерзлой земле стучали высокие армейские ботинки, хлопали дверцы, позвякивала амуниция, и все это происходило без единого слова – хватко, слаженно, привычно. Волкодавы выдвигались на позицию.

Справа мелькнул майор Шугуров, промчавшийся мимо Даши с необыкновенно азартным видом.

– Ну, ничего, ничего, – Бортко похлопал ее по плечу широкой ладонью. – Все нормально, Рыжая. Хорошо справилась. И отчего ты не моя? Я не в эротическом смысле, а в ведомственном…

Даша оглянулась. Калитка уже была распахнута, и рослые молодцы, перемешавшись с людьми в штатском, шагали к Дому – в открытую, держа автоматы стволами вверх. Даша медленно, страшно медленно осознавала происходящее, но боялась поверить. Из «газелей» прыгали верзилы с белой рысью на рукаве. За ними появились знакомый Даше в лицо старший лейтенант Клебанов, один из бортковских преторианцев, и Косильщик – в бушлате с капитанскими погонами. Они с Дашей, оказывается, были в одном звании.

– Сокола, давайте туда, – распорядился Бортко, покосившись на них. – И прокурорского прихватите, чтобы не скрежетали потом…

Из черной «Волги» вылез Чегодаев, прошел мимо, старательно не замечая Дашу. Дверца загадочной белой громады отворилась, оттуда выпрыгнули еще трое с теми же непонятными эмблемами, прошли к Дому вслед остальным. В автобусе горел неяркий свет, послышался отдаленный треск радиошумов, и кто-то, заслоняя плечистой фигурой освещенный изнутри проем, сделал непонятный жест.

– Иди туда, – подтолкнул Дашу Бортко.

– А что за народ?

– Серьезный народ. Шагай.