Танец Бешеной

Все равно ты не имела права заполнять официальные протоколы допроса. Поди докажи теперь, будто она тебе совсем другую картину нарисовала…

– Но москвичей-то зачем положили?

– Это уж чертовы французы виноваты. Разыграли комедию, напустили на студию этих московских орлов, подсунули им в столице фальшивые договоры. Хотели привлечь внимание, надо полагать. Царапнуть по нервам, в суд вытащить… Меня не было тогда в городе, ребята сработали грубо…

– Ну что ты врешь? – вдруг вскрикнул Москалец. – Был ты в городе, сам дал команду, сам с ними поехал. Тебе понравилось убивать, все из-за…

– Дарий, я тебя удавлю, если не заткнешься, – сказал Агеев, и в глазах у него полыхнуло столь темное, звериное, что Даша невольно опустила руку на пистолет.

Все происходящее напоминало дурную фантасмагорию – из-за его совершенно спокойного тона, ровного голоса, беспечной улыбки, веселого смеха, звучавшего в залитой ярким светом роскошной гостиной.

В горле пересохло, но приближаться к Агееву, чтобы взять бутылку, Даша опасалась. Все тот же древний ужас перед безумием. Она встала и вынула из бара новую, какое-то неизвестное ей вино. Плеснула в тот же бокал, жадно выпила и спросила:

– Ну, а вы что скажете, Дарий Петрович?

– С какого-то момента все вышло из-под контроля, – сказал Москалец.

На скуле у него проявлялся синяк.

– Это вы про то, что начались убийства?

– Я и не предполагал, что начнется такая мясорубка…

– Один-другой труп вас бы вполне устроил?

– Вы не забывайтесь! – Он дернулся, тут же обмяк, взгляд вильнул, уходя в сторону. – Это, в конце концов, были шлюхи…

– И Васильков, с которым вы диссиду на машинке перепечатывали? И москвичи? И Анна?

– Дарья Андреевна, я такого поворота событий решительно не одобряю… Но Виталий прав в том, что ваше положение и в самом деле безвыходное. Может быть, вам нужно… денег? В моих силах и обеспечить вам не в пример лучшую должность. Молодой красивой женщине вовсе не обязательно возиться с дерьмом и кровью…

– Приходится, пока вы, мужики, родиной торгуете…

– Ну зачем же повторять красно-коричневые бредни? – пожал плечами Москалец. – Наоборот, западный хозяин сможет наладить производство, обеспечить… – он вновь вспомнил, где он и кто с ним, растерянно умолк.

– Интеллигент, – сказал Агеев. – Живет штампами. Все берут. Менты продажны.

– А что, у вас много денег? – спросила Даша.

– Куча! – ответил за друга детства Агеев. – Дашенька, а может, тебе и взять примитивно денежку, пока предлагают? Ну ты же достойна бриллиантов, а не того тряпья, что на тебе сейчас… Я тебя не подкупаю – делюсь. Все равно самое большее через неделю я тебя обязательно загоню в психушку, все к тому.