Танцы на стеклах. Книга 2

Легкий ветерок развевает кончики волос. На улице жарко, но мне холодно без Джареда, и я ощущаю пустоту внутри, которую так хочется заполнить. Им… и вдыхать я хочу не порошок и масла, а запах его тела.

Я кутаюсь в одеяло, сильно-сильно, нуждаясь в защите. Стараюсь не думать о Саадате, но все бесполезно, перед внутренним взором мелькают его глаза, улыбка. И он весь – обнаженный, загорелый и горячий.

Нельзя допустить близости снова.

У Джарена есть жена. Нужно просто чаще напоминать себе об этом. Я чувствую себя грязной, еще грязнее, чем тогда, в шестнадцать, когда Эдвард унижал меня, заставляя чувствовать себя развратной, недостойной… Эйприл и Сэм посмеялись бы надо мной, первая подруга-предательница уж точно не увидела бы трагедии в моей связи с мужчиной, связанным узами брака.

Но для меня это было ужасно. Будто я не только второсортная дешевка, с которой можно только классно потрахаться, но еще и разлучница, которая одним своим присутствием разрушает будущее идеальной арабской семьи.

Все неправильно… почему Джаред не понимает? В каком я положении? Что я, черт возьми, почувствовала, когда он ушел? Когда увидела его спину, всю в красных полосах, которые оставила я?

Глава 11

Мне страшно с Тобой встречаться.Страшнее Тебя не встречать.БлокДжаред

Причина моего отъезда заключалась вовсе не в том, что я озвучил. О Рании я думал в последнюю очередь. Пока я покупал для Мэл новую одежду, мне позвонил отец, который не нашел в доме на побережье разыскиваемую посольством девушку. Я знаю, что его так просто не провести, и шейх непременно нанесет мне личный визит, чтобы убедиться, что я не натворил дел, и не имею отношения к исчезновению Мелании Йонсен. Поэтому, я должен быть дома, довольный, спокойный, наслаждающийся супружеской жизнью.

По дороге, я звоню Рании и прошу распорядится насчет ужина, учитывая вероятность прибытия гостей. И успеваю вернуться за сорок минут до визита отца в сопровождении Джадира. Мы с Джадиром давние «друзья», именно он вытаскивал меня из заварушки с попыткой изнасилования, и вместе с отцом явился явно не просто так. Сукин сын строит из себя праведника, который за последние два года заделал своей юной жене уже третьего ребенка. Я все время вижу ее исключительно с животом.

Рания хлопочет вокруг стола, пока гости рассаживаются. Отец явно доволен невесткой, то и дело одобрительно поглядывая в ее сторону. Лицо Рании закрыто, потому что в доме Джадир, который не является родственником. Я знаю, что Рания не любит хиджаб, хотя она никогда не говорит об этом вслух. Просто чувствую, как ей неловко и некомфортно. В стране, где она выросла, женщины уже лет тридцать не закрывают лица, и, конечно, ей не просто привыкнуть.

Пока Рания в гостиной подает нам ужин, шейх ведет исключительно вежливые беседы.