Танцы на стеклах. Книга 2

– Ты неисправим, – я слегка улыбаюсь, и ставлю вино на стол, не понимая, как выпила так много. Голова кружится то ли от алкоголя, то ли от силы притяжения между нами.

– Никто никому не принадлежит, Джаред…

– К делу, Мэл, – его терпение на исходе. – Ты боишься. Боишься, того, что я прав. Что рядом со мной ты не захочешь личного пространства. Ты полностью растворишься во мне, малышка, как это уже случалось с нами.

Он читает мои мысли. Снимает с языка то, что я сама боюсь ему сказать. Попадает прямо в цель, в сердце, и так каждый раз.

– Разве ты не почувствовала что-то, когда впервые увидела меня?

– Высокомерный, самовлюбленный, эгоистичный… – сжимаю кулачки, надувая губы.

– О да, это была любовь с первого взгляда, – усмехается Джаред, наклоняясь ко мне. Запах мяты и его парфюма еще больше пьянит разум. – Правду, Мэл.

– Я чувствовала, что мне приходиться прикладывать усилия, чтобы не думать о тебе. Чтобы не замечать тебя, – тихо признаюсь я, вспоминая как заныло сердце, когда я впервые увидела Джареда. – Еще тогда я поняла, что мне стоит держаться подальше от тебя.

Наши взгляды встречаются, и я четко и ясно помню тот самый момент. Когда все изменилось. Когда в жизни пошло что-то не так, или наоборот… так, как нужно?

Конечно, я помню, как впервые увидела его в Йеле. Я потерялась, никак не могла найти аудиторию, в которой должна была проходить пара по философии. Подошла к компании парней, которые стояли поблизости и попросила одного из них помочь мне. Их было пять или больше…незнакомец долго объяснял мне куда идти, но я его не слышала. Потому что… Джаред обернулся на мой голос, и посмотрел на меня так нахально и оценивающе. Раздевая, конечно.

Я попала в какое-то другое измерение.

Никогда прежде не испытывала таких чувств, мне казалось, я горю заживо, и в первую очередь полыхает моя грудь и сердце. А потом Саадат просто высокомерно приподнял бровь и продолжил говорить с Мэттом. Конечно, я почувствовала себя глупо, потому что в тот самый момент, когда я улыбнулась ему, он одарил меня ледяным презрением.

Если бы я сейчас вернулась в тот самый момент, я бы не стала ничего менять. Это все, что я сейчас четко осознала. Я бы не хотела переписать нашу историю.

Что бы я ни говорила, как бы больно мне не было на протяжении этих лет, как бы страшна и отвратительная наша история бы ни была для других, для меня, для меня… она идеальна.

Джаред

– Ты могла сколько угодно держаться от меня подальше, Мэл. На самом деле у тебя никогда не было выбора. Ты родилась, чтобы быть моей. Можешь, спорить и злится, но это так, и то, что именно у тебя оказался камень моего народа, говорит в пользу моей теории.

– Твои теории… – Мэл вымученно улыбается. – Они всегда играют тебе на руку.