Танцуй со мной в темноте

От обиды. От переживаний и злости.

А вдруг с Никитой что-то случится. Он гоняет, как сумасшедший, а пьяный…

Долбаный инопланетный демон!

Поддавшись порыву, достаю телефон и набираю номер, с которого он вчера присылал сообщения.

Абонент недоступен…

– Черт!

Вглядываюсь вдаль. На небе проглядывается тусклое мерцание звезд за тонкой пеленой облаков. В секунду меня прошибает мысль, растекается огнем по венам. Есть еще одно место, куда он мог поехать. Шансы невелики, и я могу ошибаться, но… Что еще делать? Забить и остаться дома? Терзать себя догадками? Четыре месяца этим занималась. Да я с ума сойду!

Душа показывается из темницы и шепчет: «Найдем его».

Гордость и разум тактично помалкивают, закатывая глаза.

Злость ухмыляется и добавляет щепотку ярости: «Найдем его и устроим трепку. Кто-то же должен».

Страх трясется в углу и тихо бормочет: «Если он сам нам ничего не устроит».

Завалитесь!

Закрываю окно и топаю к двери, хватая с тумбочки ключи и сумку. У меня будет время подумать, что делать, в дороге. Я ведь только проверю, там он и в порядке ли, и тут же уеду.

Да! Решено!

За городом и правда идет дождь. И не просто капает, а льет как из ведра. Таксист нервно сжимает руль, сто раз пожалев, что согласился везти меня так далеко, но… Мы почти на месте. Вижу большие кованые ворота в свете фар. Нервы затягиваются в узлы.

– Подождете меня пять минут? – прошу водителя.

– Пять минут, не больше. Если размоет дорогу, на трассу не выедем, – недовольно отвечает он.

– Я быстро.

Открываю дверь, на голову обрушивается вся печаль стихии. Холодные капли барабанят по коже.

– Девушка!

Навстречу мне шагает мужчина, ослепляя светом фонарика. Он останавливается напротив и вытягивает руку с зонтом, укрывая нас от дождя:

– Чем могу помочь?

– Здравствуйте, Расул Джонович. Вы меня, наверное, не помните. Я…

– Почему же не помню? Никита сюда гостей не часто привозит.

– Вот его я и ищу. Он не появлялся?

Мужчина всматривается в мое лицо, и не спешит отвечать:

– Он…

– Что? Что такое?!

– Он здесь, но…

– Да говорите уже! – взрываюсь я.

– Вряд ли он захочет кого-то видеть.

– А я ненадолго. Скажу ему кое-что и тут же испарюсь.

Водоворот чувств и эмоций от несчастных до яростных пожирает изнутри. Расул Джонович тяжело вздыхает и кивает в сторону открытой калитки:

– Я буду отрицать, что пустил тебя. Скажу, что ты влезла через забор.

– Спасибо.

Выбегаю под дождь. Ноги скользят и утопают в мокрой гальке. Выхватываю взглядом машину Никиты. Вся в грязи, даже ливень не может справиться с ситуацией.

Где его носило? По полям сюда ехал?"

"Добираюсь до пирса промокнув до нитки. Делаю первый шаг на деревянную конструкцию, и уверенность бросается в воду. Смотрю вперед. Темная беседка за занавесом дождя кажется пустой, но Никита точно там.