Там, за передним краем

 — И обращаясь к Альфреду, спросил: — Так вы коммунист? Как ваша фамилия?

Латыш сразу выпрямился, ответил с гордостью:

— Шесть год партия коммунист. Зват Альфред Лаугалайтис. Он, — Альфред показал на друга, — Ян Каулиньш.

— Расскажите нам, — попросил Тимофей Егорович, — что же сейчас происходит в Риге? Пожалуйста, присаживайтесь.

С трудом подбирая слова, иногда обращаясь за помощью к Рите, Альфред Лаугалайтис начал рассказывать.

К массовому истреблению коммунистов, активистов Советской власти гитлеровцы приступили сразу, как только захватили Ригу. Были созданы концлагеря в Межапарке, Саласпилсе, Страздумуйже и других местах. В тюрьмы — центральную, срочную, цитадель — сажали «наиболее опасных врагов рейха». Почти все еврейское население города было отправлено в гетто. Начались расстрелы. Арестованных вывозили в Бикерниекский, Румбульский, Дрейлинский леса и там уничтожали.

Все карательные операции проводились под руководством военного коменданта Риги генерал-лейтенанта Зигфрида Руффа и обергруппенфюрера СС Фридриха Еккельна, генерала полиции, которому была предоставлена вся полнота власти над войсками СС, СД, гестапо и полицией на территории Прибалтики. Это по его прямому указанию были расстреляны депутаты Верховного Совета Латвийской ССР Лиекнис, Струпович, художник Айженс, писатель-драматург Лукс, известный историк профессор Дубнов и другие видные общественные и политические деятели.

30 ноября и 7 декабря 1941 года по приказу Фридриха Еккельна в Румбульском лесу было уничтожено свыше 30 тысяч советских граждан. Там же расстреливали евреев из рижского гетто и прибывших эшелонами из западных стран.

— В городе часто был облав, — продолжал рассказ. Альфред Лаугалайтис. — Молодой, здоровый латвиеш — марш Дойчланд. Немножко старый — тюрьма, лагер. Если попаль… — Альфред замялся, повернулся к Рите, спросил по-латышски: — Ка криевиски бус чиганс? (Как по-русски будет цыган?).

— Цыган, — подсказала она.

— Да, если попаль чиганс — стреляйт. Все чиганс Латвии убит. Меня поймаль — тюрьма.

Заключенным давали в день три четверти литра навара из листьев свеклы, приготовленных как силос для скота. В этой бурде порой плавали окурки, солома, черви, а на дне всегда оставалась земля.

Допрашивали арестованных днем и ночью. Пытки применялись самые изощренные. В частности, допрашиваемого раздевали догола, клали на скамейку лицом вниз, после чего два палача в сапогах становились на жертву и топтали. Чаще всего это приводило к тому, что у заключенного лопался мочевой пузырь и через 3–4 часа наступала смерть. Другим всовывали в рот ствол пистолета, заставляли сжать зубы и после этого вырывали ствол изо рта вместе с зубами.