Такси до леса Берендея

Я посмотрела на часы, встала, дошла до дежурной и спросила:

– Где у вас туалет?

Блондинка невежливо показала пальцем в другой коридор.

– Там! Но бумаги нет.

Я молча пошагала в указанном направлении, очутилась около двери с надписью «WC» и встала у стены.

И почему в России не любят русский язык? По какой причине даже дверь сортира украшена ненашенскими буквами? «WC» – аббревиатура, которая расшифровывается как «water closet». Почему бы не написать по-русски «туалет»? Или повесить таблички с изображением женщины и мужчины. По какой причине в нашей стране на вывесках иностранные слова? Ну прямо геноцид родного языка! Гляньте на названия магазинов и кафе и часто увидите слово «market». В переводе это «рынок», иногда «биржа». Значит, делать покупки в «market» приятно, а на «базаре» – фу? А «супермаркет»? Куда подевался «гастроном»? Да, это слово пришло к нам из Древней Греции, но оно давно прижилось в нашей речи.

Конечно, язык изменяется, и на его развитие влияют много факторов. Человечество научилось строить корабли, случались войны. Слова «волейбол», «спорт», «трамвай», «пиджак», «кекс» пришли из английского языка. «Бухгалтер», «бутерброд», «шприц» – из немецкого. «Тротуар», «ресторан», «режиссер», «люстра» – из французского. Но все они пишутся кириллицей. И никогда, даже во времена многолетнего татаро-монгольского ига, на Руси не появлялось так много чужих слов, и никогда их не писали на вывесках латиницей. А сейчас? Магазины одежды почти все для «ladies and gentlemen»! Вот у нас ходят за покупками прямо только «леди и джентльмены»! «Мужчин и женщин» в России не осталось?

Знаете, как поступали колонизаторы, захватив какую-то страну? Что они делали в первую очередь? Запрещали местным жителям использовать родную речь, всем учреждениям приказывали вести деловую переписку, переговоры и прием граждан исключительно на языке захватчика. В школах вели преподавание на родном языке оккупантов. Некоторое время аборигены возмущались, но потом понимали, что деваться им некуда. А их дети росли уже в поле иностранной речи, с младых ногтей им внушали, что их страна отсталая, ничего хорошего в ней нет, только старики говорят на родном языке. И молодежь начинала рваться в Европу, в Америку. Да только там эмигрантов неласково встречали. На словах им обещали помощь и поддержку, а на деле они получали крохотную комнатушку в неблагоприятном районе и малопрестижную работу (это в лучшем случае).

Пару лет назад мы с Максом полетели в Париж. Вульф сделал мне подарок на годовщину нашего знакомства, а еще муж хотел повидаться с Колей, приятелем, который десять лет назад издал книгу. Роман снискал успех, хорошо продавался.