Он такой один

— Я не знаю, чтобы я сделала, как поступила, оказавшись на твоем месте, но это дико больно, когда тот, кому ты доверяешь, молчит. Вдвойне больно — знать, что у твоего парня и твоей подруги есть общие от тебя секреты! Это как… как будто вы оба мне изменили!

Боковым зрением я заметила как дернулась Дина, отодвинула в сторону ноут и напряженно смотрела на меня, не перебивая. И лишь когда я замолчала, раздался напряженный голос Князевой.

— Прости… я…я не хотела, чтобы ты это знала, столько времени прошло, уже неважно, кто и что сказал, как понял. На самом деле неважно! Илья тебя не предавал! И я тоже! Он правда к тебе особенно относится, но я видела, как ты нервничаешь и не очень-то ему веришь. И тут я с этой историей… Ален, ну подумай, как бы ты отреагировала?!

Я подтянула колени к груди и обняла их. Хотелось спрятаться, закрыться, прежде всего от самой себя. Учиться на «отлично» на психфаке и реально понимать, что у тебя на душе — совсем не одно и то же!

— Не знаю… но не от Лизона же такое узнавать?!

— Ты реально думаешь, что он мог бы тебя хейтить?! Или кого-то другого? Вы… вы поругались?

Я заставила себя встать с кресла и подойдя к кухонной зоне, открыла холодильник. Есть не хотелось, меня мучала жажда. Горло совсем пересохло, и вынув пакет сока я сделала несколько жадных глотков.

Дина не сводила с меня взгляда и терпеливо ждала. Я хорошо уже знала этот взгляд — душу из меня вынет, но не отстанет. Мягко так, ненавязчиво, но четко и с сознанием дела. И не потому что ей любопытно, а потому что переживает.

— Мы… мы поговорили с ним. Он привез меня к тебе. Странно как-то и неумело. В общем, я хочу взять паузу, чтобы подумать. О себе и о нем.

Дина осторожно спросила.

— А… Илья?

— Сказал, что хочет быть со мной/ И даже если я уеду на каникулы к бабушке, то поедет за мной.

— Мне кажется, он… влюблен. Просто не умеет выразить.

Я недоверчиво улыбнулась, хотя на душе разве что бабочке не порхали от слов Дины.

— Мне он этого не сказал. В общем, слушай…

И я начала рассказывать Пылинке все — с того момента как убежала в кафетерий. Дина недоверчиво качала головой, когда я передала ей свой диалог с Ольгой, но перебивать не стала. А вот, когда речь зашла о ее брате, тут уже не выдержала:

— Витька доиграется, попадет в какую-нибудь историю.

— Да ничего он мне не сделал. Сама виновата, не нужно было никуда ехать. Но знаешь… так бы я не узнала, что Пророк в Универсуме это Архангельский!

— Что?! Илья?! Пророк?

— Смешно, да? Я только поэтому и открыла дверь… А он с самого начала знал, что я это я! Ну и как ему верить?

Дина ошарашенно прошептала:

— Невероятно просто… хотя… знаешь, тогда многое становится понятным.