Такие разные миры

– Получается, если бы тогда эта война не случилась, – послышался голос Кристины с задних парт, – вы бы и сейчас были чьей-то рабыней?

Я обернулась, чтобы взглянуть на нее, хоть этого делать совсем не стоило. Много раз пыталась дать себе обещание забыть о существовании этой компашки, но все пока тщетно.

Кристина устроилась на последней парте, как у себя дома. Она откинулась всем телом на стул. На ней был черный короткий топ, открывающий живот, зеленая мини-юбка и колготки в сетку. На парте лежал плеер, к которому подсоединены наушники, и две кассеты, будто она и не собиралась скрывать, что слушает музыку прямо во время урока.

Мисс Шустерман устало вздохнула.

– Мисс Никотера, не кажется ли вам, что это весьма неприемлемый вопрос учителю?

– Нет, не кажется, – бросила та. – Я лишь констатировала факт.

Ох, как же хотелось бросить в нее что-нибудь тяжелое, чтобы она очнулась, спустилась на землю и убедилась в том, что является обычным человеком, как и все мы. Что она не богиня, сошедшая с небес.

– Спасибо, мистер Конли, за ваши ответы, – резко сменила тему мисс Шустерман, – но мне еще очень хотелось бы послушать нашу новую ученицу.

Снова по телу пробежали мурашки, внутри все разом упало вниз. Ненавижу это поганое ощущение.

– Какие факты о Гражданской войне вам известны, мисс Уайт?

– Гражданская война привела к серьезным для США экономическим и социальным последствиям, – выдала я то, что первым пришло в голову. – Она ослабила экономику и привела к разрушению инфраструктуры.

Мой ответ очень удивил учителя.

Наверное, она из тех, кто посчитал бы, что платок на моей голове говорит о невежестве и необразованности. Для нее я будущая жена какого-нибудь бородатого мужика, у которой не будет права слова и права на получение образования. Другими словами, в будущем я вечно усталая, глупая, недальновидная неудачница, бесконечно рожающая детей.

– Очень хорошо, мисс Уайт, – произнесла учительница. – Кстати, я ознакомилась с вашими баллами. Вы весьма преуспеваете.

Я натянуто улыбнулась, и на этом все закончилось.

Урок истории подошел к концу, я выбралась из душного кабинета и пошла по коридору. За мной следовала чья-то тень.

– Мистер Хэммингс дал мне указание, – сходу начал Элиас, поравнявшись со мной. – Теперь я твой репетитор.

Я остановилась возле шкафчиков.

– Можешь валить на все четыре стороны. Я все равно не стану ходить на занятия с тобой. Предпочитаю умереть.

Элиас одновременно и ухмылялся, и удивлялся.

– С чего бы тебе иметь такое мнение обо мне, восточная красавица?

– И перестань называть меня так!

Видимо, я крикнула слишком громко, потому что обернулись даже учителя, которым обычно все равно на всех вне уроков.

– Не получится увиливать, дорогуша, – усмехнулся Элиас.