Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

– Ты прекрасно знаешь, что твоя мама не одобряет подобные разговоры, – осадила ее миссис Дин. – Просто отдай мне кольцо и позволь самой обо всем позаботиться.

Валери нерешительно сняла с пальца кольцо, видимо, только сейчас осознав, что придется вернуть его Стивену.

– Мне не хочется с ним расставаться, мама, – призналась она. – Можно, я его оставлю у себя, если Стивен согласится?

– У тебя будет еще много украшений, милая, и получше этого, – произнесла миссис Дин, решительно отобрав у нее кольцо.

На этом разговор закончился. Валери взяла в руки губную помаду, а миссис Дин отправилась на поиски Стивена.

Она готовилась применить все свое красноречие и такт, но ей не понадобилось ни то ни другое. Стивен с поразительным благодушием прервал ее на полуслове. Он согласился, что в подобных обстоятельствах не может рассчитывать на продолжение отношений со столь чувствительной особой, как ее дочь, убрал кольцо в карман и с издевательской готовностью подхватил мысль миссис Дин, что он и Валери сумеют остаться добрыми друзьями. Стивен пошел даже еще дальше, с улыбкой заявив, что станет для Валери родным братом: замечание, окончательно убедившее миссис Дин в том, что, с деньгами или без, в его лице она избавилась от весьма сомнительного зятя.

Миссис Дин никогда не относилась к тем женщинам, которые дают волю гневу вопреки собственным интересам. Поскольку ей предстояло оставаться в Лексэме до тех пор, пока полиция не позволит Валери покинуть особняк, она вышла к чаю с легкой улыбкой, и лишь холодок в глазах выдавал ее истинные эмоции.

Новость о разорванной помолвке быстро распространилась по дому, вызвав у его обитателей самые противоречивые чувства. Моттисфонт заявил, что девушка поступила правильно. Ройдон – приверженец сурового реализма в пьесах, но романтик в глубине души – осудил вероломство в столь очаровательном создании. Пола безразлично заметила, что никогда не относилась к этому союзу всерьез. Мод вяло выразила свое одобрение. Матильда искренне поздравила Стивена. А Джозеф заволновался и выразил надежду, что предательский удар не поколеблет мужество его племянника. Встретив в коридоре Стивена, он схватил его за руку раньше, чем тот успел отпрянуть, и срывающимся голосом спросил:

– Мой мальчик, что я могу для тебя сделать?

Стивен промолчал, справедливо сочтя эту фразу чисто риторической. Тогда Джозеф сердечно сжал ему руку и добавил:

– Поверь, она тебя не стоила. Я знаю, тебя это не утешит, мой бедный мальчик, но когда-нибудь ты убедишься, что милосердное время лечит все.

– Большое спасибо, – отозвался Стивен, – хотя ты зря тратишь на меня свое сочувствие. Выражаясь твоим дурацким языком, мы с Валери решили, что не походим друг другу.