Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

Хемингуэй небрежно спросил:

– В чем дело?

Дворецкий смерил его уничтожающим взглядом и с подчеркнутой вежливостью проговорил:

– Мистер Джозеф просил узнать, не хотите ли вы и другой полицейский отобедать? Если да, то в малую столовую подадут холодные закуски.

– Нет, спасибо, – ответил Хемингуэй, не любивший холодные закуски зимой.

Старри нахмурился. Его взгляд остановился на сдвинутом стуле, с помощью которого сержант добрался до кинжала, и быстро переместился на стену. Отметив исчезновение одного из ножей, он шагнул вперед, чтобы поставить стул на место. Затем взбил пару подушек, покосился на полуразобранную елку и удалился.

Сержант, следивший за ним с большим неодобрением, заявил:

– Не нравится он мне.

– Брось, в тебе говорит комплекс неполноценности, – поддел его Хемингуэй. – Ты обиделся, что тебя назвали «другим полицейским».

– Он тут все вынюхивал, – мрачно возразил Уэр. – Заметил, что нож исчез. Теперь расскажет всем.

– А мы проверим реакцию гостей, – подхватил инспектор. – Ладно, нам пора идти. Отвезем нож в участок и заодно перекусим. Мне надо подумать.

Пока они обедали в «Синей собаке» – горячими блюдами, а не закуской, – инспектор хранил молчание, а сержант не решался прервать его размышления. Только когда к столу подали сыр, Уэр произнес:

– Знаете, я тут думал про тот кинжал.

– А я нет, – усмехнулся Хемингуэй. – Меня больше волнует закрытая дверь.

– На счет двери у меня абсолютно никаких идей, – признался сержант.

– Уверен, у него была какая-то причина, – пробормотал инспектор. – И причина очень веская. Убийца Натаниэля Джерарда очень рисковал, запирая за собой дверь. Его могли поймать с поличным. Вряд ли он сделал это просто для забавы.

– Вы правы, – согласился Уэр. – Вот только какая причина?

Хемингуэй не ответил. Сержант немного помолчал и неуверенно добавил:

– А может, он все-таки не запирал дверь сам? Мы не знаем это наверняка. Я просто размышляю вслух… Допустим, он вошел в комнату и запер за собой дверь…

– Старый Джерард сразу поднял бы крик."

"– Допустим, Стивен намекнул, что хочет побеседовать с ним наедине, и запер дверь, чтобы им не мешали.

– А дальше?

– Потом Стивен или кто-то еще его убил. Помните, камердинер сказал, что подходил к спальне и подергал дверь, а она была закрыта? Видимо, преступник еще находился в комнате.

– И что?

Сержант поскреб подбородок.

– Дальше я пока не решил, но, вероятно, выходя из спальни, он запер за собой дверь.

– Зачем?

– Хотел выиграть время. Испугался, что через минуту-другую в комнату зайдут, увидят труп и поймают его по свежим следам. Я, правда, не очень понимаю…

– Я тоже, – вставил Хемингуэй.

– Значит, имелась какая-то причина, – стоял на своем сержант.