Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

Позвать его?

– Да, будьте любезны, – кивнул инспектор.

«До чего неотзывчивый человек», – недовольно подумал Джозеф. Холодная манера и неподвижный взгляд инспектора сбивали его с толку. Он с побитым видом вышел из комнаты и отправился за Ройдоном.

Гости по-прежнему сидели в столовой, где Стивен как ни в чем не бывало ужинал. Остальные уже пили кофе и забрасывали его взволнованными вопросами, кроме молчавшей Мод. Когда появился Джозеф, все дружно обернулись, и Пола спросила, уехала ли полиция.

– Увы, дитя мое, боюсь, это произойдет не скоро, – с тяжелым вздохом ответил Джозеф. – Все только начинается. Уиллоби, вас хочет видеть инспектор. Он в маленькой столовой.

Ройдон мгновенно покраснел, и его голос взлетел на октаву выше:

– Зачем я ему понадобился? Я ничего не знаю!

– Я ему так и сказал. Но боюсь, он немного глуповат. Речь зашла о том, что вы читали свою пьесу… Ох, кажется, это происходило в другой жизни!

– Это вы ему рассказали? – спросил Ройдон, нахмурив брови.

Детская безмятежность Джозефа сменилась беспокойством.

– Да, но я не предполагал, что он сделает такие выводы!

Пола пронзила его взглядом.

– Ты сообщил, что Уиллоби просил помощи у дяди Натаниэля?

– Нет! Я вообще ни о чем не упоминал. Какой смысл, если это не имеет отношения к делу?

Ройдон встал и погасил сигарету.

– Хорошо, я пойду, – объявил он. – Мне абсолютно нечего сказать, но кому какое дело!

Когда он вышел, Стивен, проводив его скептическим взглядом, обратился к сестре:

– Тебя очень волнует судьба твоего друга? Боюсь, расколоть его будет проще простого.

– Он тут ни при чем! – воскликнула Пола.

– Откуда ты знаешь? – усмехнулся Стивен.

Она посмотрела ему в лицо.

– Я ничего не знаю. Я не знаю, кто это сделал.

– Мне кажется, преступник – человек со стороны, который ни с кем из нас не связан, – вмешался Джозеф. – Давайте не будем обижать друг друга.

На его призыв откликнулась лишь Матильда: она дружелюбно заметила, что его-то в данном грехе уж точно никто не обвинит. Джозеф ответил ей благодарным взглядом, но покачал головой, пробормотав, что, увы, его моральный облик оставляет желать лучшего.

– Неужели не достаточно того, что меня и так чуть не оставили голодным? – проворчал Стивен.

Валери уронила на блюдце кофейную ложку и воскликнула:

– Не понимаю, как ты можешь есть после того, что случилось? Ты самое бесчувственное существо, какое я когда-либо встречала!

– Вероятно, – согласился он.

– Если меня станет допрашивать полиция, то это будет полная бессмыслица, потому что я ничего не знаю и нервы у меня уже на пределе! Мне кажется, я вот-вот сойду с ума!

– Замолчи! – бросила Пола.

– Я приехала сюда не для того, чтобы меня оскорбляли, и не понимаю, почему должна такое слушать!

– Отвяжись от нее, Пола, – произнес Стивен.