Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

– Какой ужас. Какой ужас!

Наступило молчание. Его нарушил Джозеф.

– Пола, ты не должна здесь находиться, – пробормотал он.

– Почему?

– Женская чувствительность, – пояснил Стивен.

– А! – Она презрительно дернула плечом. – Что мы будем делать?

– Очевидно, обратимся в полицию. И тянуть, думаю, не следует, – ответил Стивен и направился к двери.

– В сочельник, – простонал Джозеф, словно это еще больше усугубило его горе. – Ах, Пола, Пола!

Она резко повернулась к нему:

– Что? Считаешь, я как-то к этому причастна?

– О, милая, нет! Конечно, не причастна!

– Но кто это сделал? У тебя есть какие-нибудь предположения?

– Я ничего не могу сообразить, душа моя! Все это просто немыслимо. Пытаюсь понять, осознать, что случилось…

– Дом! Кошмарный, зловещий дом! – Она затравленно огляделась по сторонам. – Я говорила вам, что здесь живет зло, а вы смеялись!

– Пола, ты слишком возбуждена, – пробормотал Джозеф, с беспокойством глядя на нее. – Дом не мог убить беднягу Ната!

– Но это его влияние! Он действовал на нас, заставил одного из нас…

– Тише, Пола, тише. Все это глупости. Давай, дитя мое, пойдем отсюда. Тебе здесь не место. – Он обнял ее за плечи и почувствовал, как она дрожит.

– Нет, это не один из нас, – прошептала Пола. – Такого не может быть. Кто-то залез в окно, наверное, грабитель. Дверь была заперта!

– Это Форд тебе сказал?

– Я пыталась зайти к нему, когда спускалась вниз. Он не ответил на мой стук.

– Почему же ты нас не предупредила?

– Я не подумала ничего плохого. Решила, что он просто обиделся. Мы поссорились. Ты ведь его знаешь! Кстати, я тебе говорила, когда ты попросил меня за ним сходить.

– Слишком поздно! – трагически воскликнул Джозеф.

– Раньше тоже было поздно. Похоже, когда я к нему стучалась, он уже был мертв.

Джозеф поморщился:

– Пола, что такое ты говоришь?

Она ответила жестким тоном, точь-в-точь как Стивен:

– Не вижу смысла в глупых сантиментах. Я веду себя честно. Он мне никогда не нравился. Мне плевать на его смерть. Он был тираном и скупердяем.

Это окончательно шокировало Джозефа. Он выглядел уязвленным и в то же время встревоженным.

– Мы не должны устраивать истерики. Ты так не думаешь, Пола. Нет-нет, твой старый дядюшка хорошо тебя знает!

Она пожала плечами:

– Ненавижу, когда меня идеализируют.

Он взял ее за руку и осторожно погладил:

– Спокойнее, Пола, спокойнее. Нельзя терять голову.

Она сообразила, на что он намекает, и произнесла:"

"– Полагаешь, полиция решит, будто я это сделала, потому что мы были в ссоре? Черт с ними. Пусть!

– Нет-нет, дорогуша, я уверен, они не заподозрят такую замечательную девушку, как ты. Только не отзывайся так плохо о Натаниэле! И еще – попроси Стивена придержать язык.