Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

 – Всем известно, как Алан ненавидит своего папашу! К тому же держу пари, что он и из винтовки-то стрелять не умеет! Полный мозгляк, только и годится что чесать языком про большевиков и русскую революцию.

Инспектор Хемингуэй посмотрел на своего подчиненного и назидательно приподнял бровь.

– Порой просто удивляешься, как деньги преображают человека, – упрямо возразил Уэйк. – А вдруг Уайты нарочно изобразили ссору, чтобы пустить окружающим пыль в глаза?

– В таком случае они пускают всем пыль в глаза с той минуты, как здесь появились, – сухо произнес инспектор Кук. – Они же всегда цапаются! Нет, даю голову на отсечение, что папаша с сынком на дух друг друга не переносят.

– А не могла ненависть подтолкнуть старшего Уайта на то, чтобы уговорить сына застрелить Картера? – поинтересовался инспектор Хемингуэй.

– Нет, инспектор, это абсолютно исключено! – замахал руками Кук. – На такую пакость ни один из них не способен!

– Что ж, – вздохнул Хемингуэй, – тогда нам ничего не остается, как вернуться к тому моменту, когда Уайт бросил сигареты на стул. Что было потом?

– Он крикнул, чтобы Джоунс и мисс Уайт не пялились почем зря, а поспешили на помощь Картеру, и сам припустил к мостику. Они, разумеется, поспешили следом, но Картер был уже мертв.

– Значит, – заметил инспектор Хемингуэй, – именно таким образом Уайт избавился от обоих свидетелей, оставив их возле тела Картера. Очень хитроумно.

– Что ж, – задумчиво произнес Кук, – можно это представить и так. Хотя, на мой взгляд, любой человек на их месте поспешил бы к мосту. Это абсолютно естественно.

– Даже чересчур естественно, – заметил инспектор Хемингуэй. – Все выглядит слишком правдоподобно. Такая удобная и благопристойная причина для приглашения Картера, что Уайт сразу кажется последним человеком на Земле, который желал бы его смерти.

– Но, сэр, так ведь можно все с ног на голову переставить! – возразил Уэйк.

– Возможно, – согласился инспектор Хемингуэй. – Либо как раз наоборот. Кстати, как же тогда быть с чутьем златокудрой Эрминтруды? Впрочем, не будем отвлекаться. Продолжайте, Кук! Что было на мосту?

– Уайт велел дочери попытаться остановить кровь, а сам побежал домой звонить доктору и в полицию.

Инспектор Хемингуэй одобрительно кивнул:

– Тоже очень уместно и логично. А где у него установлен телефонный аппарат?

– В прихожей, – ответил Кук. – Я его видел.

– Замечательно! Значит, мистер Уайт обежал вокруг дома, якобы спеша ко входу, а сам тем временем исчез из виду за рододендронами?

– Да, – кивнул Кук. – А вы считаете, что он сразу скрылся в кустарнике? А ведь мисс Уайт и в самом деле сказала, что ей показалось, будто до возвращения отца прошла целая вечность.