А жизнь так коротка!

Еще накачу и пойду..."

"Супец автоматически потянулся к бутылке. Уже третья в ходу была.

Леон выпил еще, посидел немного и только после этого направился в комнату. Кресло он уже разобрал, но бельем еще не застелил.

Ржаной нес вахту. Поставил раскладушку в коридоре, перегородил ею дверь и лежит себе, в ус не дует. За поясом «тэтэшка» торчит. Леон прошел мимо него, взялся за ручку двери в комнату.

– Э-э, туда нельзя, – лениво протянул Ржаной.

Но было поздно – Леон уже распахнул дверь. И увидел Будильника. «Звеньевой» был в одной майке, без штанов. Он лежал на диване, а под ним белело тело медсестры. Его задница ходила ходуном.

Леон хмыкнул и закрыл дверь.

– Я следующий, – гордо сообщил Ржаной, не поднимаясь с раскладушки.

– Не понял...

– А чего тут понимать, в натуре? Ты думаешь, Будильник Катюхе за спасибо впердолил? Не-а, он ей чисто полста баксов насунул...

Хорошо, что не изнасиловал. А с такого ублюдка станется...

– Так у нас чо, на хате проститутка образовалась? – ухмыльнулся Леон.

– А то... И я на очереди...

– А кто «лепиле» помогать будет?

– Бес сейчас под кайфом, в отключке. Доктор при нем, ждет Бобра с Мизинцем. Вот когда они причиндалы там всякие притарабанят, тогда музыка и закрутится... Но это когда будет? Еще успею Катюхе палочку поставить... Ты это, Булат, забивай очередь. Третьим будешь...

– Спасибо за совет, – буркнул Леон и направился в кухню.

Пить он больше не будет – хватит. А вот с пацанами посидит. Глядишь, и сон пройдет.

* * *Кот, Мизинец и Бобер появились ранним утром. Привезли все, что нужно было хирургу. Катюха к этому времени успела обслужить и Будильника, и Ржаного. Следующим на очередь встал Супец. Но этому еще ждать, пока закончится операция и сестра приведет себя в порядок после бессонной ночи. Отпускать их с доктором не собирались. Они стали заложниками, и пока братва не съедет с этой квартиры, им оставаться здесь. Так решил Будильник. И Вагонетка, который появился в восьмом часу утра, одобрил его решение.

Хирург и Катюха колдовали над Бесом – им помогал еще Бобер. На кухне снова накрыли стол. На этот раз и красная икорка подавалась, и балычок, и сервелат, и сыр. Как же, сам Вагонетка прибыл.

В кухне не протолкнуться. «Бригадир», «звеньевой», шесть «быков» – и к племени карликов из них не принадлежал никто. Но в тесноте, да не в обиде.

Вагонетка был доволен.

– Не слабо поработали, пацаны. Пятерых вальнули, свидетелей зачистили. Все путем, короче... За то и кернем...

Он поднял двухсотграммовый стакан, наполненный до краев. Леон уже понял, что с началом «боевых действий» сухой закон в «бригаде» отменен.

– Гудымовские пацаны тоже не облажались, – сказал Вагонетка, запихивая в рот бутерброд с красной икрой. – Тоже вальнули кого надо...

Кого вальнуло «звено» Гудыма, «бригадир» не сказал.