Тайсон. Победить или влюбиться

Сначала обнуляю одну карту, понимая, что папа будет в курсе данного момента. Ухожу к другому аппарату и загружаю на свою секретную все, что у меня есть, оставив нал для таксиста.

Оглядываюсь по сторонам. Так себе райончик. Обычный, спальный. Дома старые, мрачные все сейчас, серые. Тут вроде общаги или что-то такое, а на другой стороне дороги девятиэтажки. Несколько остановок в одну сторону — крутые новые дома и наш шикарный Дворец, а чуть в другую и я буду дома. У нас там тоже красиво.

Ловлю себя на том, что все время ищу в прохожих Юльку, цепляясь за девчонок со светлыми волосами и в курточках, похожих на ее.

Вот же зараза, а! Так глубоко запала.

«Я могу сегодня победу с друзьями отметить или у меня все еще комендантский час?» — пишу отцу.

В такие моменты очень хочется заглянуть в паспорт, а лучше потыкать им в него и напомнить, сколько мне годиков.

«Домой не позже двух часов. Трезвый» — приходит ответ.

Блин, я завтра точно у тренера спрошу, куда он моего отца укусил.

«Понял. Спасибо» — решаю тоже побыть милашкой. Я умею, если меня не бесить и не контролировать на каждом вдохе.

Домой заваливаюсь в хорошем настроении. Маму целую, дарю ей маленький букетик цветов, прихваченный по дороге у бабушки прямо на улице. Списываюсь с парнями. Надо реабилитироваться за то, что меня с ними тогда не было. Ну и проставиться безалкогольным, отступая от своих традиций, хотя я голодный страшно, а там будут такие девочки…

Приходится разряжаться в душе, чтобы быть в адеквате.

Немного даже отпускает, но это как, я не знаю… Есть кондитерскую шоколадку за тридцать рублей. Удовлетворение есть, а удовольствия нет. Хочется теплого податливого женского тела, стонов, минета классного, чтобы потискать ее везде и засадить по самые многострадальные яйца.

Стоп! Нахрен такие мысли. А то сейчас придется снова тащиться в душ. Мать не поймет.

Приносит мне выглаженную черную рубашку на замке и с капюшоном. Надеваю через голову, сразу прикрывая выпирающую ширинку.

Воздержание — зло! Точнее зло — это я, если у меня длительное воздержание.

— Красивый такой. Тебе очень идут рубашки. Зря редко носишь, — заботливо поправляет мне воротник, пока я вожусь с волосами.

Отросли. Челку теперь либо вперед, тогда она мешается на глазах, но девочкам нравится. Либо зачесать назад. Открывает лицо, но секса в этом немножко меньше. Мне сегодня подойдет.

— Да куда мне их носить, мам? В зал? Там парни не поймут.

— А девушка?

— Нет у меня пока девушки. Папа не разрешает, — язвлю.

Она смеется, зная, какая я иногда гадость.

— Тай, ну к рубашке надо туфли! — ругается на то, что я достал из шкафа шикарные, полностью черные кроссовки.

— А если придется убегать? Как я в туфлях по снегу? — улыбаюсь ей.

— От кого ты убегать собрался? — мама шутку не оценила.