Тайный враг для попаданки

Принц не может назвать тебя избранной. Ты должна сейчас же все рассказать!

Эти мысли роем носились в моей голове. Множились, разрастались, сеяли панику. Я стояла ни жива ни мертва под перекрестными взглядами. Не чувствуя пальцев ног, не в состоянии сделать вдох. Лишь ощущая, как по спине бежит струйка пота и как рука Айзена на моей талии сжимается все сильнее, почти причиняя боль…

Но я не могла. Или нет, я не хотела отказываться от него. Потому что сейчас, в эту минуту, поняла самое главное. Мой феникс, моя драконица, я сама – мы три грани одной личности, и эта личность до колик в желудке хочет быть с Айзеном!

Пусть меня возненавидят все студентки Академии и превратят мою жизнь на ближайшие годы в ад.

Пусть меня накажет король, пусть сурово отчитает дядя.

Но сейчас я не буду лгать. Тем более сама себе.

– Да!

Мой голос отдался эхом от стен. Его не услышал бы только глухой. Однако Ортред поморщился и переспросил:

– Что “да”?

– Я хочу быть с Айзеном.

Драмиэль прикрыл лицо рукой. Джиллиан сделала вид, что ей срочно надо уложить складки на платье.

Зато король вопросительно выгнул бровь:

– Просто быть с ним? Я могу это устроить.

– Нет, отец, – вмешался Айзен. – Таша не станет моей любовницей! Она станет моей женой, хочешь ты этого или нет.

Из дальней части зала послышались одиночные хлопки. Кто-то стоял позади толпы, почти у самых дверей и размеренно хлопал.

Удивленные люди начали оборачиваться, а затем и расступаться, пока нашему взору не предстал младший принц.

Эльсанир был в дорожной одежде, причем выглядел слегка потрепанным, будто мчался на всех парах. На его губах играла шальная улыбка.

– Ты? – приподнялся король. – Разве ты не должен быть сейчас с матерью в Альстремсиле?

Но Эль его будто не слышал. Улыбка младшего принца стала шире, когда их с Айзеном взгляды пересеклись.

– Браво! – сказал он, не прекращая хлопать. – Браво, братик! Я боялся, что тебе не хватит духу пойти наперекор отцу. Но вижу, ты справился.

Яростный рык заглушил его последние слова.

– Так это твоих рук дело? – король ударил кулаком по подлокотнику трона.

Подлокотник издал жалобный треск, а рука короля превратилась в драконью лапу.

– Да, отец. Дочь врага – истинная пара наследника драконьего трона. Какой позор для всего Ленорманна.

Судя по тону, Эль весь страх растерял. Никакого чувства самосохранения. Еще и улыбается, будто сделал что-то хорошее!

– Ты испытываешь мое терпение, сын, – рык короля стал раскатистее и громче.

Ортред поднялся, от него во все стороны хлынула сила. Та самая легендарная драконья аура, которая заставляет склонять головы и гордых эльфов, и вспыльчивых оборотней. А уж про людей даже нечего говорить – студенты и преподаватели в зале как по команде рухнули на колени.