Тайный ребенок олигарха

Остается только ждать результатов теста на ДНК, чтобы потом, когда докажу, что ребенок не от меня, заставить Айлин подать на развод. Это будет сложно, практически невозможно. Но я должен приложить максимум усилий, если хочу будущего с Эммой. Сейчас. Потому что уверен, еще два года она ждать не может. И меня ни черта не радует перспектива ее брака со Славой.

В аэропорту я покупаю билет Айлин на ближайший рейс. Все время до регистрации она стоит рядом молча, наблюдая за мной с ехидной улыбкой. Словно уверена в собственной победе. Как будто я у нее на крючке. Но нет, милая. Когда на кону будущее с Эммой и моим (я уверен!) малышом, я пойду ва-банк, переступая через все головы. Одну женщину и ребенка в своей жизни я уже потерял. Я не могу допустить повторения истории.

Провожаю Айлин и прямиком еду в офис.

– Двойной эспрессо мне сделайте, пожалуйста, – на ходу бросаю секретарше, направляясь в свой кабинет. – Без сливок и сахара.

И вот выпито уже две чашки кофе, сделаны все важные звонки, но я никак не могу заставить себя приступить к работе. Смотрю на экран ноутбука, но ничего в нем не вижу. Мои мысли далеко от проблем компании.

Глубоко вдохнув, я принимаю решение и внутренне злюсь на себя. За то, что позволил себе долго думать. Выбор должен падать всегда в пользу нее.

– Зайди ко мне, – коротко бросаю в трубку и отстукиваю пальцами в ожидании подчиненного.

Никита появляется в дверях кабинета через семь долгих минут.

– Вызывали, Тимур Назарович?

– Да, закрой дверь и пройди.

Безопасник выполняет поручение и останавливается прямо напротив, ожидая дальнейших указаний.

– Проверь Мстислава.

– Хорошо, – на его лице не дергается ни один мускул. Конечно, для него же это всего лишь работа, еще одно поручение от начальства. – На предмет?

– Всего. От рождения и до сегодняшних дней. Можешь даже последить за ним.

– Понял. Могу быть свободен?

– Иди, приступай к выполнению.

Эмма и наш ребенок – самое дорогое, что у меня есть. И я должен вернуть их любой ценой.

Даже многолетней дружбы.

Эмма

Доктор сильно хмурится, водя датчиком по животу, что-то диктует медсестре, никак пока не комментируя показания и то, что видит на экране. Я молчу, потому что ком в горле не дает мне сказать и слова.

– Держи салфетку, вытирайся и одевайся, – говорит напряженно доктор, снова бросая взгляд на экран.

Гинеколог слишком серьезна, и мне это не нравится. На фоне неактивных шевелений Арслана ее взгляды и молчаливость повышают уровень моей нервозности.

– Все в порядке? Вы так смотрите, что я начинаю волноваться, – из меня вылетает смешок, но доктор не спешит меня успокаивать.

Я сильнее сжимаю салфетку в руке, чувствуя, как сердце сжалось до размеров теннисного мяча и подпрыгнуло в район горла.