Тайный наследник для миллиардера (СИ)

Ко мне тридэшки ходят на занятия, в этой троице самая прилежная и старательная их сестренка. Тридэшки — потому что тройняшек зовут Данил, Давид и Дианка, их все называют «три-Д», даже они сами.

— Полина Арсанна, а Бодька сегодня есть? — спрашивает один из мальчишек Тагаевых, нетерпеливо перекатывая в руках мяч.

Не буду угадывать, кто именно, Данил или Давид, их из нас, сотрудников сада, никто различить не может. А теперь они еще и пострижены одинаково — очень коротко, как и их отец. Мы просили Анастасию надевать им разные по цвету футболки, но парни приловчились носить их по полдня по очереди, а потом меняться.

Зато нам повезло, что у этих хитрых чертенят есть сестра, и мы вовсю этим пользуемся.

— Есть, — нарочно избегаю имени, — бегите к группе, мальчики, Богдан там на площадке.

Парни срываются с места, а я обращаюсь к девочке.

— Ди, детка, скажи брату, чтобы не бил по мячу ногой. Богдану неудобно будет его ловить.

Малышка послушно кивает и бежит за братом.

— Давид, Давид! Полина Александровна просила, чтобы ты не буцал мяч!

Бинго! Значит, с мячом это Давид. Вот так и приходится выкручиваться. Кстати, у него сегодня белые шнурки на кедах, а у Данила синие. И если не акцентировать внимание, эти два сорванца не догадаются переобуться.

— Бодька, лови, — кричит Давид, и у меня привычно сжимается в груди.

Мой сынок тоже хотел бы побегать с мячом, но он сидит в инвалидной коляске под деревом и с тоской наблюдает за несущимся на него Тагаевым. Я специальную заказала, детскую, самую удобную и современную. По стоимости она равна подержанной машине, но на ребенке экономить у меня и в мыслях нет.

Мяч летит под дерево, Богдан ловит его обеими руками, привстав в коляске. Нельзя, ему категорически нельзя опираться на правую ногу! Иначе показатели ухудшаться, и операция может не дать полной подвижности. А мы о ней оба мечтаем, и я, и Богдан."

"Ноги — это его слабое место. Бодька родился с дисплазией тазобедренных суставов, и я почти до года носила его в специальном приспособлении — стременах.

— Это не болезнь, Полька, это деффект в развитии суставов, и он поддается исправлению, — утешала меня Ленка, которая стала крестной Бодьки. — Так что если не будешь раскисать, наша бусинка еще так будет бегать, что мы вдвоем не поймаем.

Кстати, она оказалась права.

— Это может быть наследственное, — объяснил затем мне врач-ортопед, — у вас или у его отца были похожие проблемы?

И вот здесь для меня начиналось самое мучительное. Я ничего не знаю об отце своего сына. Нет, не так. А вот так: НИЧЕГО.

Признаюсь, я очень надеялась, что Бодька будет похож на отца, вот как мальчики Тагаевы на своего папу-миллиардера.