Семеро Тайных

в лучший его день!

Олег смолчал, женщина как женщина, правда, молодая и достаточно красивая, но уж слишком утонченная, изнеженная, хотя от этой странной изнеженности внезапно пахнуло холодком.

— Ее гибкость подобно веревке из шелка, — заметил он.

— Она так хрупка!

— Адамант, — ответил Олег, — из которого куют оружие для богов, тоже с виду хрупок. А их мечи такие тонкие...

— Что ты говоришь!

— Говорю, что она не из простых селянок.

— Я это вижу!

— И вообще не из простых, — предостерег Олег. — Тебе лучше держаться от нее в сторонке.

— Тебя послушать, от всех женщин надо держаться в сторонке!

— Ты мудреешь на глазах, — сказал Олег одоб-рительно. — Ладно, я попробую выйти из укрытия. А тебе лучше посидеть здесь. На страже, понимаешь?

Колоксай прошептал, не отрывая взора от обнаженной девушки:

— Я хочу ее себе в жены!

— Ого.

— Мудрый волхв, ты этого не понимаешь!

— Не понимаю, — согласился Олег. — За этим ли шли?

— Ты, быть может, не за этим, но я теперь знаю, зачем шел я, зачем живу, зачем вообще топчу эту землю!

Олег внимательно следил за ее движениями, неожиданно вздохнул:

— Я бы тебе этого не советовал.

— Да что мне твои советы, — вспылил Колоксай. — Это лучшая из женщин мира, это самая драгоценная жемчужина, и она должна принадлежать мне!

«Никогда не пойму этой дурости, — подумал Олег с отвращением. — Рядом сотни молодых красивых женщин, добрых и честных, но почему-то начинаем разбивать дубины о головы друг друга только ради одной из них, не замечая других. Потом идут в ход мечи, топоры, затем вовсе собираем дружины, начинается кровавая резня, горят поля, дома, села, потом — города, наконец огромные войска заливают кровью целые страны, и вот уже исчезают с лица земли племена и народы...»"

"— Ладно, — сказал он тяжело, — против этой болезни есть только одно средство.

— Какое?

— Потеряв голову от первого же взгляда на женщину, надо посмотреть еще разок.

Колоксай, не поняв замаскированного жала, ответил честно:

— Я смотрел! И душа моя воспламенилась, как сухая береста в огне!

— Тогда ты безнадежен, — вздохнул Олег.

— Я чувствую, что это и есть моя судьба!

Олег сказал тяжело:

— Мне кажется, я начисто лишен того, что все называют чутьем... Я признаю только то, что на знании. На понимании! Но все же... чутье это или предвидение, но эта женщина приведет тебя к гибели.

Колоксай, не слушая, жадно смотрел сквозь ветки.

— Она прекрасна...

— Это твоя гибель, — повторил Олег. — И, боюсь, не простая.

— Не простая?

— Не от меча, — пояснил Олег. — Не в бою, когда смерть приходит мгновенно, в пылу схватки. Бывают и гадкие смерти.

— И пусть! — воскликнул Колоксай. — Эх, не понимаешь... Да разве может быть на свете более славная гибель, чем из-за красивой женщины?..