Семеро Тайных

Но всякий, кто отведает ее, перестанет быть прежним человеком, забудет даже свое имя. Поверишь ли, у меня было много времени, я исходил белый свет вдоль и поперек, я не только ходил, но и ездил, и...

— Понимаю, — снова сказал Олег быстро.

Они посмотрели на поглощенного едой Колоксая, Хызр сделал незаметное движение пальцами, и сбоку от главного блюда, уже наполовину пустого, возникло еще одно, с грудами жаренных в своем соку молодых птиц.

— Но лишь один волхв, — продолжил Хызр, — звали его Магабхана, внял предостережению. Хотя теперь сам не знаю, зачем я это говорил, предостерегал? Магабхана решил сделать себе большой запас воды. Где-то в глубине Авзацких гор он отвел в сторону ручей, заполнил огромный водоем в глубокой пещере, а затем пустил ручей на прежнее место.

Колоксай промычал:

— М-м-м... Умно сделал! А если еще и сам...

— Сам, — подтвердил Хызр. — Ошибаются те, кто считает мудрецов обязательно хилыми. Словом, однажды настал страшный день, когда все реки иссякли, все колодцы и ручьи, даже лужи пересохли. Небо стало чистым от облаков, ибо облака тоже вода... правда, правда!.. Но прошло немного времени, и снова наполнились реки, колодцы, а в небе появились облака. Тогда Магабхана спустился с гор к людям и обнаружил, что все они говорят на другом языке, одеваются иначе, у них иные законы, странные и нелепые, смешные обычаи и неверное представление о белом свете. Он пытался говорить с ними, объяснять, но все смотрели как на сумасшедшего и вместо восхищения его мудростью выказывали ему либо сострадание, как сумасшедшему, либо враждебность... Магабхана удалился в горы, пил свою воду и размышлял о старом и новом мирах, но настоящий мудрец не живет без людей, он вообще живет только для людей, и Магабхана снова спустился к людям, говорил, пока в него не стали бросать камнями.

— Наш мир, — согласился Колоксай. Он с трудом проглотил огромный кус мяса, добавил: — К нам тоже, когда заходят чересчур умные...

— В последний раз, — продолжал Хызр, — он пробыл в горах почти год, многое осмыслил, но для настоящего мудреца важны лишь те знания, которые может передать ученикам, а не те, которые умрут с ним. Он спустился к новым людям, напился новой воды... Он начисто забыл все старое, старые знания, старый мир, начал понимать язык и обычаи новых людей. А они смотрели на него как на безумца, который наконец-то излечился от своей болезни.

Хызр умолк, Олег долго молчал, ждал продолжения. Но Хызр молчал, седая голова подрагивала, плечи опустились, словно заново пережил те страшные времена.

Внизу медленно темнело, а верхушки деревьев вспыхнули ярким красным пламенем. На землю упали багровые блики, на сердце стало тяжко и тревожно в ожидании близкой беды.

Олег с усилием воздел себя на ноги.