Семеро Тайных

Все-таки несчастья богатого и здорового легче терпеть, чем несчастья и без того несчастного, больного, нищего! Я хочу, чтобы народы только строили. И так созданное нами рушат грозы, землетрясения, ливни, наводнения... не надо, чтобы рушили люди. Мы смертны, живем ничтожно мало, потому хочу, чтобы успевали прожить до старости, успевали сделать то, что задумали. А для этого надо всего лишь покончить с войнами!

Колоксай едва не удавился, глаза стали как у окуня — круглыми и недвижимыми. Даже на спокойном личике Хакамы отразилось насмешливое удивление. Всего лишь, как сказал это юный волхв, всего лишь покончить с войнами!

— И как же это сделать? — спросила она с легкой насмешкой. Увидев непонимающее лицо волхва с зелеными глазами, пояснила: — Не может такого быть, чтобы ты уже не придумал!

Колоксай смотрел то на нее, то на него. Олег кивнул:

— Ты права.

— Так что же?

— Нам, колдунам, — сказал он, не заметив насмешливого огонька в ее глазах, когда он к колдунам причислил и себя, — нам, колдунам, надо объединиться!

— Как? Мы даже не дружим.

— Дружить не обязательно, — сказал он. — Нужно только вместе решить.

— Колдунов слишком много, — предостерегла она.

— Достаточно, чтобы вместе собрались сильнейшие, — сказал он горячо. — Остальные... хотят того или не хотят, подчинятся.

— Иначе?

— Иначе им придется плохо, — сказал он жестоко. — Я видел, как гибнут... как гибнут целые народы. Никакая цена не слишком... если можно прекратить все войны на всем белом свете!

Она смотрела с удивлением.

— Ты это всерьез?

— Да.

— Но как же... — воскликнула она невольно, — есть же далекие дивные страны! Никто из колдунов наших стран... я говорю об Артании, Куявии и Славии, никогда не общались с теми людьми. Мы не знаем, что там за страны...

— Я знаю.

— Ты? Откуда?

— Знаю, — повторил он просто. — Там тоже люди. Такие же смелые и трусливые, мудрые и глупые... И тоже бьются, бьются, бьются. Их можно остановить точно так же, как и здешних.

До нее, наконец, начало доходить, что молодой волхв говорит убежденно и напористо, в глазах опасный огонь, такой не отступит, такой точно не отступит.

— Нет, — сказала она. — Хотя мне нравится твоя идея, юноша. Но помогать... ведь ты за этим пришел?.. Помогать не стану.

— Почему?

— У меня уже есть целый мир. А если я что-то могу улучшить, я тут же улучшаю... Зачем мне уходить от него?

Олег опешил:

— Но это... это всего лишь букашки! Насекомые! А там люди!"

"Ее лицо слегка омрачилось, хотя губы все еще улыбались.

— Это не просто букашки. Это целый народ муравьев... который во всем лучше людей. Люди их превосходят только в силе. Согласна, в мире людей это решающий довод. Но как раз потому я предпочитаю мир муравьев.