Я живу без оглядки, или Узнай тайны женской души

От них кружится голова и начинает тошнить.

Я легла на кровать совершенно разбитая и перестала отвечать на постоянные телефонные звонки. Трезвонили мобильный и городской. «Ань, давай я тебя заберу к себе. Ты же совершенно одна», — вспомнились мне слова Михаила. Прямо Армия спасения какая-то, ей-богу. Я всю жизнь была одна и ничего, привыкла. Ненавижу, когда меня жалеют. Чувство сострадания еще ладно, но только не жалости… Это уже слишком. Мужчины уверены, что могут принести женщине спокойствие и надежность, но при этом зачастую забирают ту маленькую толику спокойной жизни, которую она имела. Присутствие мужчины лишает всяческих прав, зато создает массу новых обязанностей.

Поджав под себя ноги, я, ужасно разбитая, прислушивалась к тишине в квартире. Ни шороха, ни звука. И все же еще совсем недавно кто-то побывал в моей квартире…

Я не смогла бы сказать даже приблизительно, долго ли сижу на своей постели и слушаю, как буквально разрываются телефоны. Я смотрела на дверь и думала, что еще несколько минут и войдет Жанна, а может, и не Жанна, а кто-то другой."

"Из распахнутого окна доносились детские голоса и звуки соседского приемника. К дому подъезжали автомобили, пищали сигнализации, хлопали двери… А один звук хлопнувшей дверцы машины заставил меня вскочить и броситься к окну. Этот звук был какой-то особенный, не похожий на другие. У подъезда я увидела… Макса, который проверял шины своего автомобиля на предмет, не спущены ли они.

Больше я не могла находиться в комнате даже минуту, бросилась в коридор в тоненьком шелковом халате, полы которого были распахнуты, позабыв даже тапочки надеть. Мне хотелось, наплевав на женскую гордость и нелепые рамки приличия, обнять Макса, целовать его родное лицо и благодарить за то, что он все-таки пришел.

Пробежав мимо тети Вали, я весело помахала ей рукой и радостно закричала:

— Тетя Валя, он пришел! Представляете, он пришел!

— Кто?

— Тот, которого я ждала!

— Насовсем?

— Не знаю. Это не важно. Я буду счастлива, даже если он явился на миг!

Тетя Валя выглянула из своего окошка и испуганно посмотрела на меня.

— Анечка, но вы ведь совсем раздетая! И босая! Мужчинам нельзя показывать свою радость.

— Этому можно!

Я столкнулась с Максом в дверях. Ни о чем не думая, я кинулась ему на шею и принялась целовать. Я плакала и целовала. Целовала и плакала. Взволнованная тетя Валя не выдержала такой трогательной сцены и принялась стыдить Макса:

— Эх, как же тебе не совестно! Такую женщину чуть с ума не свел. Ее беречь надо, а не доводить до такого состояния!

— Мы сами разберемся, — тихонько пробурчал Макс и повел меня по лестнице. — Это наше личное дело.

— Не личное, а общественное! — вспылила баба Валя. — Аня не только ваша, она и наша.