Тайны брачной ночи

— Если вам больше не нужны мои услуги, — сказал Джордан, — я вернусь в Лондон той же дорогой, что приехал.

— Да, — кивнул другу Девон, — увидимся в городе, Эшборн. Благодарю тебя.

Джордан приподнял шляпу и улыбнулся Энни и Лили.

— Приятно снова видеть вас, мисс Эндрюс, леди Меррилл. — И он ускакал, вздымая клубы пыли.

Иглстон собрался сесть в карету, но Девон поднял руку, останавливая его.

— Вы поедете в другой карете. — Он кивком указал на стоявшую в стороне карету Иглстона.

Энни хотела было запротестовать, но Девон остановил ее:

— Иглстон должен приехать в Лондон с другой стороны, его не должны видеть вместе с нами.

Лили кивнула и со вздохом села в карету, потянув за собой Энни.

— Поезжайте, Иглстон.

Артур, явно опасаясь Девона, поспешил к собственной карете. Он хотел что-то сказать Энни, но суровые взгляды Девона и Лили заставили его передумать. Вместо этого он просто поклонился и попрощался.

Энни прижала его платок к губам.

Лили подтянула перчатки.

— Энни, пора ехать.

Энни вытерла мокрые глаза, щеки и засопела в платок.

— Я буду по нему скучать.

— Не сомневаюсь, — закатила глаза Лили.

Девон сел в карету к сестрам. Устроившись напротив, он вытянул ноги.

— Готовы? — Он стукнул в перегородку, и карета покатилась.

Первую половину дня они ехали молча. Сестры иногда дремали. Лили пыталась застать Девона спящим, однако он все время бодрствовал и казался отдохнувшим, чего нельзя было сказать про нее.

Возвращение в Лондон оказалось медленнее, чем погоня за Энни в Гретна-Грин. Девон веселил сестер рассказами о светском обществе, о времени, проведенном на континенте, о своих детских проделках.

Наконец они остановились на постоялом дворе перекусить.

Артур сел с ними за стол, и Лили ахнула, увидев, что он и Энни держатся за руки.

— Прекрати, — потянула к себе сестру Лили.

Энни вызывающе посмотрела на нее, потом хмуро высвободила руку из ладони Артура.

— Это несправедливо, что Артур должен возвращаться один, — настаивала она.

Лили проглотила кусочек черствого хлеба.

— Не согласна. Это более чем справедливо, после того что он сделал.

— Не смотри на меня так, — возмутилась Энни.

— Не понимаю, о чем ты говоришь? — пожала плечами Лили.

— Понимаешь, — сверкнула глазами Энни. — Ты все утро смотришь на меня, и на твоем лице написано: «Я так в тебе разочарована».

Лили бросила хлеб на тарелку.

— Я действительно разочарована. Ты плохо понимаешь, что наделала. Нам только остается надеяться, что свет поверит в историю о твоем недомогании после бала. Не дай бог, какой-нибудь словоохотливый слуга что-нибудь сболтнет, и тогда твою репутацию не восстановить.

Энни вяло ковыряла вилкой еду.

— Вряд ли ты можешь винить меня, Лили. Я сделала то, что считала нужным.