Тайное чудо для магната. Вернуть любовь

— Просто пойми, счастье мое. Любовь это… Когда мы родные. А этот дядя… Ты же его почти не знаешь! Совсем не знаешь, детка!

Глажу малышку по волосам.

Черт.

Даже в мыслях называть Фила «дядей» для нашей дочери кажется кощунственным! А уж сказать ей, что он чужой, вообще язык не поворачивается! Ну, как я могу?

— Знаю, — Марточка упрямо дергает головой. — Он холоший. И нам было так весело!

— Марта!

Я чуть отстраняюсь, напустив на себя грозный вид. Продолжаю держать малышку за плечи.

— Ты знаешь, как сегодня провинилась? Как ты могла? А?

— Он тоже. Холоший, — шмыгает носом Марточка.

— Кто?

Трясу головой. Ничего не понимаю! Фил был с кем-то еще?

— Котенок, — вздыхает малышка, опуская голову.

— Беленький весь. И любит молоко!

— Марта! Котенка тоже не нужно было приносить сюда!"

"Хмурю брови, а хочется расхохотаться. Такой забавный и виноватый вид сейчас у моей малышки!

Внутренне вздыхаю. Кажется, котенка таки придется оставить. Если Марточка переключится на него и забудет про Фила, это будет наименьшая из жертв! Только кто ж следить за ним будет, охххххх!

— Ну… Я не могла его оставить! Он мой дрррруг!

— Понятно, — вздыхаю, поднимаясь.

Крепко держу мою малышку за руку. Все еще грудь распирает дикой чувство. Что могу ее потерять.

— Пойдем, солнышко. Выпьем молока на ночь и помоемся. Покажешь мне свое чудовище. Где ты его спрятала? Под кроватью?

— Ага!

Вот оно. Все ее раскаяние. И следа от него не осталось!

Марта сияет, а глазенки уже начинают блестеть от восторга предстоящей встречи с котенком.

— Вот!

Мы заходим в комнату, и малышка тут же залезает под кровать. Так, что только ноги торчат. А я не успеваю ее остановить! Егоза!

Радостно вытаскивает упирающегося и мяукающего котенка.

— Он никакое не чудовище, мам. Он холоший!

— И совсем не белый, — качаю головой, глядя на крошечный пушистый комочек в руках дочки. Может, он и белый. Но, кажется, успел собрать всю пыль под кроватью!

— Мы его постилаем. В машинке, — важно и деловито кивает головой дочь.

— Ира Олеговна выгонит нас отсюда вместе с твоим котенком! Мааарт! Может, отпустим его на волю? М? Он привык, наверное, на улице жить. За мышками гоняться. И с такими же котятами дружить. Может, у него братики и сестрички там остались?

— Хочесь домой? На улицу?

Марта опускает котенка. Смотрит на него растерянно. Видно, не подумала, что улица для кого-то может быть домом!

Но перепачканное чудовище, как назло, начинает ластиться к малышке. Трется о ее ногу мордочкой и довольно урчит.

— Мама! Он здесь дома! И на улице холодно же!

С упреком заявляет малышка, качая головой.

Всем видом дает мне понять, какая я недогадливая.

Ну да. Ничего не понимаю я в котятах. Спрятанных под кроватями маленьких упрямиц!

— Ладно. Пусть пока переночует, — соглашаюсь.