Тайник в старой стене

 – Лицо как лицо… Я ведь его еще до войны знал, тогда он смазливый был, бабы от него с ума сходили, а сейчас изменился! Он когда ко мне домой явился, каким-то испуганным показался. Затравленным, что ли.

– Ясное дело – испуганным! – вставил реплику бородатый. – Этот гаденыш Лося с Мощным кончил и все золото персидское прикарманил!

Мысли Вени работали как часы: «Если здоровяк – это Лось, то Мощным эти бандиты наверняка нарекли худосочного Ваську Малашина». Веня продолжил:

– Лося Мощный убил – горло ему перерезал от уха до уха, а вот самого Мощного Антип порешил! Ржавым гвоздем прямо в сердце, – со знанием дела сообщил Веня. – Если хотите, могу и Мощного описать. Он же тоже с нами служил.

Вот тут-то Веня мог говорить, не особо рискуя: он же пару часов пробыл в морге, изучая труп Василия Малашина.

– Получается, что Мощный с Антипом обо всем заранее договорились. Только вот Антип ни с кем делиться не захотел, поэтому и завалил своего приятеля мента! – предположил бородатый.

– Лося жалко, правильный был вор, хоть и на немцев батрачил, – встрял Лекса, который, похоже, уже оправился от удара. Сейчас он спокойно жевал кусок пирога с ливером.

– Василий Малашин, – продолжил описывать Мощного Веня. – Лейтенант милиции, вот только этого тощего я после войны не видел, хотя про то, что у них там на складах случилось, мне Антип все подробно рассказывал.

– Хватит уже про Мощного! – огрызнулся Лощеный. – Если он тоже нас предал, так и черт с ним! Кончился – туда ему и дорога! Ты мне за Антипа скажи! О чем он тебе велел с Бобой Шекелем разговоры вести?

– А что Антип? Явился как-то ко мне на ночь глядя, грязный весь, попросился переночевать. Я так-то один живу, – Веня кинул взгляд на Формозу. – Сказал, что есть какая-то коллекция. Всего, сказал, полтыщи монет! Он их у какого-то там старика отнял. Дал мне одну и просил Зильберману показать, чтобы тот проверил что да как. Не подделка ли?

– И где та монета теперь? – поинтересовался Лощеный.

Веня на секунду замешкался. Если их расчеты со Зверевым верны, то Боба Зильберман прячет у себя монету, купленную у Мони Лискина. На этом можно сыграть.

– У Бобы осталась, – стараясь выглядеть спокойным, сообщил Веня. – Если он ее еще кому-нибудь не перепродал. Только этот жлоб вам все равно правды не скажет! Хитрый гад…

Услышав последнюю фразу, Саврас хмыкнул:

– Нам расскажет! Уж в этом можешь не сомневаться!

Лощеный указал пальцем на Веню:"

"– Этого накормить и обратно в подвал, только не к Кеше, а в другой. Не хватало еще, чтобы они друг другу горло перегрызли. Саврас, Лекса, поезжайте к Зильберману и достаньте мне эту монету! На куски его грызите, но монета должна быть у меня.

После этих слов Лощеный вышел из комнаты, а Веня подсел к столу и набросился на еду.