Тайник в старой стене

Желудь брезгливо отвернулся:

– Говорю же, начальник, что видел я этого здорового возле общественных бань на Новгородской. Вот только в бане мы с ним не парились, поэтому я знать не знаю, что и где у него там наколото.

– Когда это было?

– Так говорю же, недели две тому назад, точно не помню!

– А время? Утро было или вечер? – продолжал наседать Зверев. Желудков наморщил лоб, вытянул вперед нижнюю губу и прошепелявил:

– Так вечер! Точно, вечер! Вообще-то я не уверен, что это был этот… ну, с фотографии. Помню, что стоял там какой-то громила, вроде кого-то ждал.

– Ну, хоть что-то! А ты что там в тот момент делал? Давай, вспоминай.

Желудь насупился как сыч:

– Так Юльку Косую дожидался.

– Маруху?

– Но-но, начальник, никакая она не маруха! – возмутился Желудков.

– Ну прости, Петя! Так какие у тебя с Юлькой дела?

Зверев помнил Юлию Анатольевну Кочину, толстую разбитную деваху, торговавшую на Любятовском базаре рыбой. Низенькая, курносая, с раскосыми глазами, Юлька при любом раскладе не была красавицей, но обладала даром притягивать к себе представителей сильного пола.

– Ну ты даешь, начальник! У нас с этой кралей уже целый месяц это… У нас с ней роман, – гыкнул Желудь, сделав ударение на букву «о». – А того, здорового, я потому и запомнил, что он стал на мою Юльку зырить! Так знаешь, что она ему на это сказала?

– Ну?

– Отвали, говорит, обезьяна, не то глаза выцарапаю! Тот, здоровый, тут же глазенки-то и отвел – испугался, стало быть. Ты ведь сам знаешь, начальник, когда Юлька раздухарится, ей палец в рот не клади.

Зверев подавил улыбку:

– А ты сам-то ее не боишься? Она ведь вон какая баба… дородная?

Желудь горделиво выпрямился, вытянул шею как гусак:

– Не боюсь! Потому как любит она меня… пуще жизни. Вот!

– Ясно, а вот ты мне скажи, Петя, твоя Юлька часом ничего о том здоровяке больше не говорила? Чего это он на нее вылупился? Может, они знакомство раньше водили или еще чего?

– Не-ет! Я ведь тогда сразу Юльку спросил, что да как? Чего, мол, это он к тебе лезет? Так она сказала, что знать его не знает, и мы тут же по-быстренькому ушли.

– А чего по-быстренькому? – насторожился Зверев. – Ты же сказал, что Юлька его не испугалась.

Желудь задумался, почесал затылок и вдруг, точно что-то вспомнив, выкрикнул:

– Так к тому здоровому тогда еще один типчик подошел! Точно! Как же я сразу не догадался? Ну точно! К здоровяку тогда тощий какой-то подкатил, в шляпе и пиджаке полосатом! Юлька, как он нарисовался, сразу меня за руку – хвать и за угол потащила. Так ты думаешь, это она из-за того полосатого кипешнула?

– Может, и так.

– Получается, она его знала!

– Да ладно, чего ты так сразу…

– Нет-нет, точно знала, – тут же скуксился Желудков.

Зверев пожал плечами:

– Ну, может, и знала.