Тайная победа

Не понимаю, кому он может настолько доверять.

Джессика положила голову ему на грудь, чувствуя щекой глухие удары его сердца. Прижавшись к Саймону, она думала о том, что должна как-то помочь ему. Она не переживет, если с ним что-то случится.

В ее голове постепенно стал складываться план. Очень скоро Джессика поняла, что делать. И все потому, что она знала, кто работает на Колина. Джессика видела лицо этого человека в карете в ту ночь, когда ее сводный брат напал на Саймона.

Лежа в объятиях мужа, она обдумывала каждую деталь, чтобы не ошибиться. Ее сводный брат был очень опасным противником, которого нельзя недооценивать.

Джессика начала планировать время, но когда руки Саймона стали опять гладить ее, все мысли вылетели у нее из головы."

"Через минуту он поднялся на руках и накрыл ее губы поцелуем, Джессика обвила руками шею мужа и прижала его ближе к себе.

Сегодня она будет любить Саймона.

А завтра постарается его спасти.

Глава 24

Джессика стояла в гостиной Розалинд, окруженная со всех сторон настоящей роскошью – бесценными картинами, антикварными китайскими вазами, дорогой французской мебелью. Судя по великолепной обстановке, хозяйка дома имела огромное состояние и могла не считать деньги. Но Джессика знала, что это не так.

Стараясь ничего не касаться, она обошла комнату вокруг, рассматривая хрупкий хрусталь и тонкий фарфор. Джессика чувствовала себя неуютно среди всей этой чрезмерной роскоши. Оглядываясь по сторонам, она спрашивала себя, был бы Саймон счастлив жить в таком доме.

В итоге Джессика удовлетворенно вздохнула. Она знала, что ее мужу тоже не понравилось бы выставлять напоказ богатство. Эта мысль наполнила ее спокойствием и уверенностью, которых ей сейчас очень не хватало.

Джессика подошла к окну, выходившему в сад. Вид был потрясающий. Любовь Розалинд к показной роскоши перетекала и за пределы дома. На фоне идеально подстриженных газонов и деревьев, клумб с редкими цветами пестрели мощеные тропинки, мраморные скамейки и столы, обнаженные скульптуры. От такого буйства форм и красок у Джессики скоро заболели глаза. Она повернулась.

И увидела стоящую на пороге Розалинд.

Изумрудно-зеленое шелковое платье модного покроя подчеркивало ее черные волосы и фарфоровую кожу. Этот цвет шел ей даже больше, чем ярко-алый. Джессика заметила, что глаза Розалинд, опушенные длинными ресницами, тоже были зелеными, под стать материалу наряда.

Казалось, они смотрели друг на друга целую вечность. Оценивали. Судили. Ненавидели.

Первой заговорила Розалинд:

– Когда мне доложили, кто хочет меня видеть, я сначала не поверила своим ушам.