Тайная магия Депресняка

Случайно записанный на микрофон видеокамеры снимавшим снег японцем, он двенадцать раз был прокручен по каналам Центрального телевидения и вошел в историю науки под именем «великого паранормального вопля». По нему было защищено несчетное количество дипломов, три кандидатские и одна толковая докторская по демоническим местам в центре столицы.

Вдохновленный успехом, Антигон продолжил размахивать булавой. Несколько секунд спустя удача улыбнулась ему вторично: случайным образом булава впечаталась в ухо одного из стражей, который пытался подкрасться к Эссиорху с тыла.

Этот второй страж сумел найти в себе силы и воздержался от вопля. Вместо этого он произнес несколько слов, еще неизвестных в человеческом мире. По стратегическому замыслу Тартара слова эти должны были войти в ругательную моду планеты только через восемьдесят лет. Ныне же они существовали лишь в виде проектируемых звукосочетаний и были не поняты широкой общественностью. Что же вы хотите? Времена определяют сознание. Неандерталец тоже не обиделся бы, если бы его настойчиво послали на деревню к бабушке собирать помидоры. Максимум попытался бы уточнить: какие помидоры? Что имеется в виду под деревней? Да и бабушку давно съел пещерный медведь, которого в свою очередь год спустя съели дедушка и папа.

Ирка не запомнила, когда к трем стражам, не считая того, с бородкой, который уже познакомился с газовым ключом Эссиорха, присоединились еще пятеро. Бой превратился для нее в множество отдельных стычек. Один раз мертвенно-лунный клинок пронесся так близко, что отрубил прядь разметавшихся волос. «Значит, шлем я уже потеряла», – мелькнуло и сразу забылось.

Дважды она видела Эссиорха, который поднимал и опускал газовый ключ с упорством психопата, который не сумел открутить в ванной вентиль и от досады вознамерился разнести всю раковину. А потом глаза Ирки вдруг выхватили из суеты боя Мефодия и Дафну. А эти откуда здесь взялись? Ирка не заметила, чтобы дверь резиденции открывалась. Небось вынырнули из переулка, когда бой был уже в разгаре, и сразу попали под раздачу пинков и подзатыльников.

Ирка залюбовалась скупыми, четкими, естественными движениями Мефодия. Он и его меч казались неразделимыми. Хорош, будь он неладен, хорош. И как такого забудешь?

Меч Буслаева серебрился, очерчивая вокруг Дафны границу, которую стражи мрака не рисковали пересекать. Ирка испытала ревнивое раздражение. И эта светлая тут! И разумеется, со своей многозарядной дудочкой! Стоит и под защитой меча Мефодия атакует стражей штопорными сглазами.