Гарри Поттер и Тайная комната

— Мою кошку обратили в камень! — завизжал он, тараща глаза. — Я требую, чтобы кого-то наказали!

— Мы её вылечим, Аргус, — терпеливо сказал Думбльдор. — Профессору Спарж недавно удалось добыть саженцы мандрагоры. Как только вырастут, изготовим зелье и оно вернёт миссис Норрис к жизни.

— Я сам приготовлю, — вмешался Чаруальд, — я делал это сотни раз. Мандрагорный тоник я хоть во сне смешаю…"

"— Прошу прощения, — процедил Злей ледяным тоном, — мне казалось, в этом заведении снадобьями распоряжаюсь я.

Повисло очень неловкое молчание.

— Можете идти, — разрешил Думбльдор Гарри, Рону и Гермионе.

Они ушли, сдерживая шаг, чтобы не побежать. Этажом выше зашли в пустой класс и аккуратно прикрыли за собой дверь. Гарри, щурясь в сумраке, посмотрел в глаза друзьям.

— Может, надо было сказать про голос?

— Нет, — без колебаний ответил Рон. — Когда человек слышит голоса, которых больше никто не слышит, — это плохой признак, даже в колдовском мире.

Что-то в его тоне заставило Гарри спросить:

— Но ты-то мне веришь, правда?

— Конечно, верю, — поспешно ответил Рон, — но… согласись, это очень странно…

— Сам знаю, что странно, — согласился Гарри, — всё это очень странно. Как там было написано на стене? «Комната открыта»... Что бы это значило?

— Я что-то такое припоминаю… — медленно произнёс Рон. — Кто-то мне рассказывал про какую-то секретную комнату в «Хогварце»... вроде Билл…

— И что ещё за штука — швах? — спросил Гарри.

К его удивлению, Рон подавил смешок:

— Ну… вообще это грустно… но раз уж речь о Филче… Швах — это кто родился в колдовской семье, а сам не имеет магической силы. Как бы противоположность муглорождённым колдунам, только швахи очень редки. Если Филч учит магию по «Быстрочарам», видимо, он и вправду швах. Это многое объясняет. Например, почему он ненавидит учеников. — Рон удовлетворённо ухмыльнулся. — Ему завидно.

Откуда-то донёсся бой часов.

— Полночь, — сказал Гарри. — Пошли-ка спать, пока нас Злей опять не изловил. А то обвинит ещё в чём-нибудь.

Несколько дней в школе только и говорили о нападении на миссис Норрис. Филч не давал никому забыть, постоянно околачиваясь там, где её атаковали, будто ждал, что преступник вернётся. Гарри видел, как Филч изо всех сил тёр надпись на стене «универсальным гигиентом миссис Шваберс», но безуспешно: слова сияли на камне как ни в чём не бывало. В минуты, свободные от патрулирования места преступления, заплаканный Филч бродил по коридорам, бросался на ни в чём не повинных школьников и пытался их наказать за «гнусную ухмылку» или за то, что «слишком громко дышат».

Джинни Уизли приняла случившееся с миссис Норрис очень близко к сердцу. По словам Рона, она обожала кошек.

— Ты ведь даже толком не была знакома с миссис Норрис, — утешал её Рон.