Тайная беременность. Девочка Громова

Открываю дверцу и, пока кидаю сумку в багажник, поторапливаю пока ещё беременную жену:

– Садись.

– Я ж салон испачкаю, – виновато переминается с ноги на ногу, посматривая внутрь. – Ты только чехлы поменял…

– Да что ж с тобой делать? – чуть сам не запихиваю её в салон. Да как?! – Садись, сказал!

Кое-как усаживаю её на переднее сиденье.

С той скоростью, что я ехал в больницу, не ездил никогда. Вся дорога как в тумане была. Гнал, гнал, боясь, что придётся самому принимать роды.

У Яры ещё и схватки начались. Да такие, что я чуть не поседел ещё сильнее.

Уже в больнице меня успокоили. Сказали, что так быстро не родила бы. Ещё и первого. Оказались правы. Она и не родила – пришлось делать кесарево. Когда сказали, что женщину мою резать будут – чуть сам не зарезал того мужика-врача.

И чуть не сдох, когда сообщили, что у малыша обвитие пуповины на шее произошло.

Но сделали всё быстро, качественно. И к ней меня потом не пустили. Несколько часов просидел у палаты. Бабок пытался заплатить ещё. А они ни в какую. Отправили домой. Даже сына не дали увидеть, увезли куда-то, уроды.

Увидеть хотел. Обнять. Не смог."

"Спать без Яры всю ночь не смог. Ворочался постоянно.

Захожу в палату, вижу свою девочку с нашим сыном на руках. Улыбается, гладит его вдоль тела и что-то шепчет. Услышав мои шаги, поднимает радостный взгляд.

– Ой, а вот и папа пришёл.

Папа.

Блять, отцом стал.

Когда спрашивал у Артура, каково это, тот сказал, что круто. И да, ощущения классные. Особенно когда на руках подержишь. Но я пока, чёрт, боюсь. У меня ладонь как половина его тела. И держать я его не умею.

– Чего встал? Боишься? – с вызовом кидает эта неугомонная девчонка. – На руках подержишь?

Шумно выдыхаю через нос. Да что же я как баба себя веду?

Решительно подхожу к её кровати, ставлю цветы в вазу. Вообще забыл про них, всё время сжимал в пальцах от волнения.

Помыв руки, подхожу к жене.

И, прежде чем взять малыша на руки, целую её в лоб. Моя малышка, как всегда, пахнет красными розами, без которых не могу жить.

– Спасибо за сына.

– Вместе делали, – смеётся.

Сколько же всего за этот год у меня случилось… Женился семь месяцев назад. А теперь у нас сын, которого я беру на руки. Они не дрожат. Потому что не могу себе позволить.

Укладываю его в своих ладонях, придерживая голову. Капец… Мелкий… Ярослава тоже такая была маленькая. Но тогда я не взял её ни разу на руки. Ненавидел.

А теперь… Жизни без неё не вижу.

– Ты подумал насчёт имени? – мелодичный голос разрезает палату. Яра пожелала так: имя выбираю я. Долго думал.

– Решил, – улыбаясь, киваю. – Он – наше сокровище. Наша большая драгоценность… Динар.

Спустя месяц после родов.

Ярослава

– Как вы тут?

Громов дёргается от моего вопроса, сидя на диване. Кидает в меня острый недовольный взгляд.