Тайна затонувшего конвоя

Лопатин стушевался, буркнул извинение и пустился в бега. Подкаблучником он не был, но разумно считал, что лучше подчиниться.

На улице уже стемнело.

Андрей вернулся в натопленный дом, заперся, исследовал возможность заправить кровать чем-нибудь еще, кроме пары пыльных покрывал и старых картофельных мешков. Он убедился в том, что подобных излишеств местный сервис не допускает, расстроился, решил поднять этот вопрос перед Чеплыгой и развалился, как был, на кровати.

Андрей проснулся от какого-то назойливого и мерзкого звука, распахнул глаза, уставился в темный потолок. Звук не остался в тревожном сне, вломился в явь. Кто-то вкрадчиво скребся в оконное стекло — словно гвоздем, потом постучал пальцем.

Рука Неверова нырнула под подушку, нащупала рукоятку пистолета. Оружие на предохранителе, но патрон в стволе, дабы в критический момент не заниматься разными глупостями.

В комнате царила темень, только по окну, задернутому занавеской, растекалось жиденькое мерцание. Луна посреди ночи решила выглянуть?

Это было именно то окно, которое не имело внутренних ставен.

Ну, и зачем он пришел сюда ночевать? Граната в окно, и можете спокойно спать дальше, товарищ капитан.

Но граната пока не спешила."

"Капитан встал с кровати — хорошо, что не разделся, только сапоги снял, — на цыпочках подлетел к окну, спрятался за рамой, чтобы не схлопотать пулю. В окно кто-то то скреб, то постукивал. В паузах между порывами ветра доносилось какое-то бормотание.

Андрей решил, что это тот самый случай, когда интуиции лучше не доверять. Он приготовился стрелять, пальцем отогнул занавеску.

За окном было темно. Спальня выходила на противоположную от крыльца сторону. Соседские владения закрывал сплошной дощатый забор, между ним и домом хаотично произрастал кустарник. Но в окно скреблись явно не ветки.

За ним кто-то стоял, поднявшись на цыпочки, и пытался достучаться до заспанного хозяина. Смутно прорисовывался контур головы. Он колебался, уродовался, как в кривом зеркале.

Потеки воды струились по стеклу. Нудно моросил дождь.

— Товарищ Неверов, откройте, пожалуйста. Я не сделаю вам ничего плохого, — различил он дрожащий голос.

Андрей потянулся к шпингалету, с натугой подал его вверх. Створки словно выстрелили, затряслись, стали приоткрываться. Контур головы сделался ближе. Какой-то лохматый худощавый субъект, лица не видно.

— Чего надо? — буркнул капитан. — Ты кто такой, мил человек?

— Господи, наконец-то! — Голос незваного гостя подрагивал от волнения. — Товарищ Неверов, я знаю, кто вы такой. — Этот человек понизил голос, почти шептал: — Я Делягин Олег Кириллович, временно руковожу щебеночным карьером.

Неверов вспомнил.