Тайна затонувшего конвоя

Их двигатель оказался мощнее, чем у пограничников. Двое моряков получили ранения, погоня закончилась безрезультатно. Берега в той местности сильно изрезаны, искать нарушителя можно годами. Те же пограничники неоднократно замечали странную активность, видели в фьордах и в районе шхер подозрительные лодки, людей в водолазных костюмах, которые быстро пропадали, когда к ним приближались. Такое впечатление, что эти люди идеально ориентируются на местности.

— Что они могут искать там?

— Без понятия. Разброс в пространстве весьма широк. Возможно, они знают, что ищут, но не представляют, где именно это надо делать. К западу от Дальнего или к востоку?

— Я понял, Павел Евгеньевич. Но ведь немцы, как правило, ничего не теряли и не забывали, где и что у них находится."

"— Значит, дело в другом, — заявил Алябин. — Именно это тебе и предстоит выяснить в своей очередной «творческой» командировке. Возможно, все эти события — звенья одной цепи. Или же нет. И еще одно. Позавчера в поселке обнаружен труп капитана госбезопасности Лазаревича Бориса Александровича, начальника местного отдела. Он найден возле дома, который тот снимал. Подробностей не знаю. На вид самоубийство, но его ведь можно подстроить, верно? Подчиненные ждали его на работе, он не приходил. Они пошли к нему домой и обнаружили тело. Грамотный был человек, фронтовик, прибыл, как и ты, из Праги, проработал в должности меньше четырех месяцев. Семьи у него не было. Должно проводиться следствие, но не знаю, как с этим. Там все очень странно, капитан.

— Позвольте вопрос, товарищ полковник. Почему этим занимается именно СМЕРШ, структура, которую за дальнейшей ненадобностью скоро расформируют?

— Не прибедняйся. Ты и сам все понимаешь, — заявил Алябин. — Но ладно, разжую. В районе находилась какая-никакая, а секретная база немцев. Они хозяйничали в Дальнем три года. Неподалеку Северный морской путь. В относительной близости Кольский залив с серьезным судоходством, Мурманск, никелевые залежи Петсамо на западе… или, если угодно, Печенги. При штабе армии «Норвегия» активно трудился отдел абвера. Немецкая разведка засылала в наш тыл шпионов, диверсантов, велась подготовка агентов для глубокого внедрения. НКВД заметало лишь явных предателей, а кто там остался внедренный, нам неизвестно. Эти люди внешне могут и даже обязаны быть в доску своим. Сколько народа прибыло туда после октября сорок четвертого? Абвер умел создавать хорошие легенды и снабжать своих людей безупречными документами. Не удивлюсь, если в Дальнем выявится целая паутина.

— Но война вроде закончилась, Павел Евгеньевич.

— С чего это мы стали такими наивными? — с наигранным удивлением осведомился Алябин. — Агентура на месте, сдаваться не пойдет, не надейся.