Тайна всегда со мной

У таких обычно быстро подкашиваются ноги вблизи объекта симпатии.

Только этот самый объект бросил меня, не сказав ни слова. А когда спустя годы мы встретились, решил, что меня можно купить. Причем чужими деньгами. Нет, похоже, ни он, ни я толком не знали друг друга.

— Ой, не заливай, — улыбнулась я. — Советую тебе по старой дружбе поскорее отсюда свалить. Вряд ли местные бандиты простили тебе свой украденный общак.

— Мне гораздо важнее, чтобы ты простила меня, — произнес Ланс почти театрально, а потом добавил: — И себя.

— Думаешь, мне есть за что себя винить? — кажется, я понимала, к чему он клонит.

— Я знаю тебя с детства. Может быть, даже лучше, чем ты сама, — улыбнулся он, снял бейсболку, и темные пряди волос рассыпались по его лицу.

— Ты с психологической помощью явился? Спасибо, разберусь.

— Не делай вид, что тебе все равно. Я знаю, совесть не дает тебе спокойно спать. Так же, как мне мое раненое сердце. — Последнюю фразу он произнес с особенным чувством, наклонившись к самому моему уху.

— Да ты спятил… — Я в ужасе покачала головой.

— Давно и бесповоротно — от любви к тебе, — продолжал он как ни в чем не бывало.

— Значит, это ты подкинул сердце мне в квартиру. Признаюсь, ожидала от тебя большей изобретательности. Ведь после смерти Егора ты уже подкидывал мне в кухню кольцо. Хотя, конечно, сердце куда более экстравагантно…

— Весьма! Твой склеротик и на это не способен, — он явно намекал на Лазаря. — Да он уже забыл, как тебя зовут.

— Какого лешего ты опять явился? — Я мотала головой, не в силах поверить в реальность происходящего.

— Поехали со мной?

— Ты спятил, это совершенно точно, — опешила я, а он взял меня за руку.

— Надеюсь, ты не поверила во все то, что Лава тебе про меня наговорил на днях, — неожиданно заявил он. — Не верь ни единому его слову. И никогда — слышишь? — никогда не помогай ему, о чем бы он тебя ни попросил.

— Он просил меня не связываться с тобой. И, пожалуй, я прислушаюсь к его совету. — Я с силой вырвала руку, развернулась и быстро зашагала к остановке, рассчитывая прыгнуть в первый подъехавший автобус. Как назло, дорога была пуста — тогда я просто решила не останавливаться. Я шла, ни разу не обернувшись.

Переулки сменялись улицами, светофоры — машинами, дома — прохожими. Наконец я поняла, что у меня кружится голова, и опустилась на лавку автобусной остановки. Старушка, сидевшая тут же, странно на меня покосилась и даже немного отодвинулась.

Дуня научила всех нас ставить капканы. Она всегда следила, чтобы мы делали это согласно сезонам, и объясняла, когда животные выводят потомство и их нельзя добывать. У нее в голове будто был специальный календарь с обведенными датами и периодами.

Когда наконец она давала добро, мы принимались за дело.