Тайна всегда со мной

 — Вот, тут адрес, ну и имя — Воскресный Демид Сергеевич.

— Значит, от матери ему даже имени с фамилией не досталось? — протянула я. — Впрочем, никто не ожидал, что мальчик вообще выживет. Отсюда и фамилия, наверное.

— Ну да, медперсонал решил, что это сродни воскрешению, — подхватил Костя.

Мы простились, а я опустилась на подоконник в коридоре между горшком с фикусом и забытой кем-то кипой бумаг.

Если подытожить: сын Вероники выжил вопреки прогнозам врачей и вообще всему. Более того, все это время жил в этом же городе. Было ли об этом известно Светловым — непонятно. Вряд ли Вероника интересовалась судьбой ребенка.

Шла бы речь о сестре, это многое объяснило бы. Как минимум то, что в городе с разницей в несколько недель умирает одна и та же девушка.

Я не заметила приближения Селиванова: он остановился в метре от меня. Стоял и смахивал невидимые пылинки со своего зеленого свитера.

— Ты чего здесь? — кивнул он на подоконник.

— Сын Светловой выжил, вырос и живет в нашем славном городе.

— Вот как, — вроде бы не поверил Антон. — Светлова об этом знала?

— Боюсь, что на этот вопрос сможет теперь ответить только он сам.

— Я не сомневаюсь в твоей способности задавать правильные вопросы, — подмигнул Селиванов и пошел к лестнице.

Я в себе тоже не сомневалась, а потому без промедления отправилась к общежитию. Строительный техникум располагался в историческом здании в центре города. Вдали от основных улиц, в коротком и узком переулке. Особняк начала прошлого века радовал глаз отреставрированным фасадом персикового цвета. Что неудивительно, учитывая, что заведение готовит строителей. Напротив него красовалось добротное здание общежития в четыре этажа. Не такое интересное по архитектуре. Хотя в расцвет советских времен, когда оно было построено, наверняка выглядело очень современным.

В холле рядом с турникетом за хлипким столом сидела дородная дама преклонного возраста. На плечах шаль, на лице негодование.

— Коврик почто положен? — крикнула она, очевидно, обращаясь ко мне: никого другого в помещении не было.

Я молча вернулась к порогу, тщательно вытерла ноги о то, что она назвала ковриком. Хотя растянутый кусок ткани больше напоминал половую тряпку."

"— Тщательней вытирай, — комментировала она, не сводя с меня глаз. — Носят мне с улицы всю грязь.

— Я… — начала было, снова приближаясь к турникету.

— К кому пришла? — грозно перебила меня она. — Документы вынимай.

— К Воскресному, — ответила я и действительно достала документы.

Я раскрыла удостоверение и помахала им перед вахтершей, надеясь, что ей трудно будет прочитать, что в нем значится.

— Вот как, — она скрестила руки на груди. — Что натворил-то?

— Ничего, — пожала я плечами. — Воспитательная беседа, новый указ у нас.