Тайна виконта

 – Диринг швырнул другу… то есть бывшему другу рубашку, смятую в изножье кровати. Он был готов, если потребуется, стащить его с кровати за ногу. Их взгляды встретились. Линдси заговорил тихо и грозно.

– Все это результат одного из неблагоразумных пари Мэллори? – Линдси поморщился. – Или у тебя припадок безумия?

– Если я безумен, то лишь от ярости, и тебе чертовски хорошо известно, почему.

– Понял. Дай мне пару минут, и мы все обсудим.

Физиономия Линдси оставалась раздраженной, но глаза светились пониманием, которое Диринг трактовал как чувство вины.

– Сделай одолжение. Иначе я забуду о нашей дружбе и буду обращаться с тобой соответственно.

Угроза была вежливой, но от этого не перестала быть угрозой. Мужчины были в разных весовых категориях – Линдси в более тяжелой, – но ярость прибавила Дирингу сил. Он перевел дух и с трудом подавил желание немедленно броситься в бой. Он не хотел разрушить их давнюю дружбу, но должен был узнать правду. Любой ценой. Зачем Шарлотта приходила в Мейфэр? Не для того ли, чтобы побывать в этой самой комнате, в которой он сейчас находился?"

"Линдси свесил ноги с кровати, пригладил пятерней шевелюру и протер обеими руками глаза, после чего прошествовал к гардеробу и надел шелковый халат.

– Лучше бы у тебя нашлась чертовски хорошая причина для этого вторжения, – проворчал он.

Воспоминания о язвительных замечаниях Мэллори впились в мозг Диринга раскаленными иглами. «Кот из дома, мыши в пляс. Интересно, что толкает женщин к неверности?»

Не желая их озвучивать, Диринг принялся вышагивать от кровати к окну и обратно. Что из слов Мэллори было иррациональной ревностью, а что – правдой? Неужели Линдси опустился так низко, что предал друга? Глубоко вздохнув, Диринг начал говорить, изо всех сил сдерживаясь:

– Я подозреваю, что у Шарлотты есть любовник. Она стала очень скрытной, часто исчезает из дома, не сообщая, куда идет. Я заметил, что ты слишком часто интересуешься моими брачными отношениями. Любой дурак способен понять, когда его обманывают. Сложить два и два несложно.

– Ах, вот в чем дело. Теперь ты меня просветил. – Эти слова Линдси произнес совершенно спокойно. На его лице промелькнула улыбка, но потом лицо снова стало серьезным. – А ты, значит, гений математики.

Юмор не помог. Диринг сжал кулаки, тщетно пытаясь подавить свой гнев. Понимая, что его обвинения не слишком правдоподобны, он не мог отступить, потому что был бессилен понять свою жену. А Линдси легко сходился с женщинами, и любовные истории следовали за ним по пятам еще с Итона.

– Ты ожидал застать Шарлотту в моей постели? – уточнил Линдси. – Не верю, что ты серьезен.

Диринг сверлил глазами друга, но не ответил. Этому человеку явно жить надоело, если он вслух выдвигает подобные идеи.