Тайна старой леди (СИ)

Мамино короткое черное пальто и маленькая сумочка-клатч завершали ансамбль.

Как я попаду на выставку, пока не знала. К назначенному часу папа отвез меня к выставочному залу и остался ждать в соседнем кафе. Я подошла ко входу. Там к этому времени собралась довольно большая толпа.

Художника звали Антонио, фамилия - непроизносимая. Но в основном его называли Маэстро. Я внимательно прочитала все источники, которые нашла в интернете, рассказывающие о его творчестве, семейном положении, даже о пристрастиях. Изучила картины и нашла его фотографию. Нужно знать, на чью выставку идешь, чтобы достойно поддержать разговор.

Когда прибыл художник, почти все гости уже прошли внутрь. Маэстро вышел из машины и сразу был атакован журналистами. Это был высокий худой черноволосый мужчина лет шестидесяти. Приятное лицо с хищным профилем было высокомерным. Или так он выдерживал мину, как говорили раньше. Сухо улыбался для съемки, что-то отвечал журналистам…

Я стояла у входа, с нервной улыбкой наблюдая за ним и ожидая, когда он пройдет мимо. Он заметил меня еще на подходе. Улыбнувшись, я ему кивнула. Мужчина, не отрывая от меня взгляда, подошел и предложил мне локоть. Я положила на него руку, и мы вошли в здание. Молча поднялись по широкой мраморной лестнице.

Я уже не волновалась, а ликовала. И неожиданно со всей полнотой почувствовала эту пресловутую  женскую власть. Буквально. Я понимала, что в любой момент  могла остановить его и увести отсюда, могла требовать что угодно, даже не знаю… Он не отрывал взгляда от меня. Как художник, он умел ценить красоту. А я уже верила, что все, в чем меня убеждали – правда.

В зале он помог мне снять пальто и опять замер, охватывая взглядом меня всю. Припал поцелуем к руке, поклонившись, и представился: - Антонио.

Он не называл свою фамилию, титул, а он был у него. Не называл профессию, место жительства – то, что принято говорить при знакомстве и первой встрече. А я представилась своим родовым именем, сама не знаю почему: - Арианна.

Он не ухаживал за мной, как мужчина, не стремился лишний раз прикоснуться, или что-то узнать обо мне. Переводчик ходил за нами по пятам, а он, опять предложив мне локоть, водил меня от картины к картине и рассказывал, как они создавались, что связано с тем или иным полотном. Что там изображено, какое памятное место, человек или предмет. Я кое-что уже знала о его работах, поэтому слышать дополнения было по-настоящему интересно.

Потом нам подали шампанское, и я взяла с подноса фужер, протянув за ним руку. Он, как зачарованный, провожал взглядом этот простой жест. Смотрел, как я подношу фужер к губам и у него вырвалось с благоговением: - Бэллиссима.

Я благодарно улыбнулась. С ума сойти... Ну, это итальянец, художник... Они вообще не от мира сего.