Тайна озера Кучум

— Хольмэ, — коротко ответила Уля и, сама того не понимая, зажигающе, нежно и медленно поглаживла руками многоцветный рисунок.

Он постарался перевести разговор на другую тему. Серьёзно, привлекая к себе ее взгляд заговорил:

— Я хочу тебе сказать…

— Что? — не выдержав его короткого замешательства, поторопила она.

— Спасибо тебе! Ты спасла меня — спасла мне жизнь! Не знаю тех слов благодарности, что я мог бы сейчас тебе сказать… Я твой должник!

— Да ничего… Чего там! У нас так любой бы тебе помог, окажись на моём месте… — стараясь казаться равнодушной, взмахнула Уля рукой, но по ее поведению было видно, что слова Сергея для неё приятны, важны и своевременны.

На улице послышались торопливые шаги Дверь широко распахнулась, и с клубами морозного воздуха в избу вбежала Ченка.

— Ой, бое! Праздник у нас, отнако! Калтан пришел, пуснину принёс на покруту. Меня звал, Иваську звал всех звал спирт пить.

— Они, не ходи, пожалуйста, прошу тебя! — взволнованно заговорила Уля.

— А сто? Я пойду, смотреть буду, как Агафон пуснину брать будет. Без меня — никак. Я знаю, как пуснину брать надо. Аскыр — так, белка — так, колонок — так… — замахала женщина руками, представляя, как она будет перебирать мех.

— Без тебя обойдутся, — взмолилась Уля. — Опять будешь пьяная, упадёшь, на морозе валяться станешь, а Агафон над тобой будет смеяться.

— Ну и сто? Ты меня томой тащить путешь. Я лёгкая, нести неталеко, том рятом. Агафон сам спирт пить будет, и Калтан, и жена его, и сын. Калтан редко ходит. Как Калтан ходит — сразу праздник!

Ченку не остановить. Она уже одела нарядную дошку, подцепила хольмэ, на голову завязала яркий платочек, на ноги натянула длинные арамусы и бросилась к двери.

Уля подавленно молчала, стыдясь поведения матери. Сергей, не понимая, что происходит, бросал удивлённые взгляды то на мать, то на дочь. Ещё не распахнув дверь, Ченка вдруг вспомнила, повернулась и наказала Уле:

— Бое корми, отнако, кушать хочет. Широм руки натирай, ему здоровым пыть нато…

Не договорив последних слов, женщина убежала. Сергей и Уля остались одни. Некоторое время молчали. Потом, как будто спохватившись, Уля засуетилась:

— Кушай путешь?

Он кивнул головой. Девушка достала из казана мясо, положила самые вкусные куски, подала. Сергей попросил лепёшку, молока, стал быстро есть. Уля ненадолго выскочила на улицу, принесла из-под навеса большой кусок мороженой печени, взяла нож, стала ловко резать строганину:

— Ешь сырую, так луче, полезнее.

Он не отказался и от этого лакомства, присыпая тонкие ломтики солью, стал есть сырую печень сохатого.

— Кто такой Калтан? — вдруг спросил Сергей, нарушая неловкое молчание.

— Калтан? — переспросила девушка. — Бурят, охотник, как и все.