Тайна Холли

 – Не будь таким эгоистом, Марлон, ты ведь знаешь, что в интернате Джея мало спортивных секций!

Сводный брат бросил на меня взгляд, в котором явственно читалось: «Если согласишься – тебе не жить». Только на меня этот взгляд не произвёл должного впечатления: ведь Марлон, в отличие от мистера Гудфеллоу, не мог похвастаться длинными зубами гризли.

– Заманчивое предложение, – весело отозвался я. – Я соглашусь. Всегда хотел играть в футбол.

Марлон, похоже, не поверил своим ушам:

– Гадкий крысёныш, ты ещё об этом…

– Марлон! – Анна бросила на него испепеляющий взгляд. – Хочешь просидеть завтра весь день под домашним арестом?! Немедленно извинись перед Джеем!

– Извини, – проскрежетал Марлон и явно попытался раздавить в руке стакан с колой. Со мной тоже такое случалось, когда я только поселился у Рэлстонов, но я делал это нечаянно.

Я улыбнулся:

– Ничего. Я просто пошутил. Футбол – это не для меня. Кроме того, это твоя территория.

Марлон медленно поднял голову. Я ещё никогда не видел у него такого взгляда. Черты его лица постепенно разгладились.

– Правильное решение, чувак, – сказал он и ткнул меня в плечо, но ради разнообразия не больно.

Марлон, топая, поднимался по лестнице, а Анна, слабо улыбаясь, качала головой. На её лице тоже читалось облегчение.

– Ты точно уверен?

– Точно, – ответил я и ещё раз обнял её. Я пообещал Мелоди, что скоро покажу ей колибри на горных лугах Гранд-Титона, и попрощался, чтобы поехать с Холли обратно.

Холли болтала не меньше, чем по пути в город, но в этот раз от радости:"

"– Ха-ха, так смешно вышло… Они хотели показать мне Санди и попытались подманить её орехами, но Санди, к сожалению, так и не появилась. Они сказали, что в следующий раз я обязательно с ней познакомлюсь, хи-хи! – От смеха Холли согнулась пополам. – Они звали меня к себе в гости ещё. Пожалуй, надо время от времени навещать их в обличье Санди, а то они будут скучать по своей белке.

Я рассмеялся:

– Не волнуйся, я никому не расскажу.

– Они даже сказали… – Холли покраснела как помидор, – …что подумают, не удочерить ли меня. Они такие орешковые! И ещё я им сказала, чтобы позвонили на всякий случай мистеру Крампу и поговорили с ним.

– Это просто чудесно, Холли! – обрадовался я от всей души. – Сильверы очень милые.

– Похоже на то, – согласился Тео, и его морщинистое лицо расплылось в улыбке. Он сообразил, о чём идёт речь, но я знал, что он никому ничего не расскажет. Тео всё ещё пытался искупить свою большую ошибку – то, что раньше снабжал Миллинга информацией.

Когда мы приехали в школу, было уже поздно, и первый этаж, где находились классные комнаты, выглядел заброшенным, как медвежья берлога зимой. Мы с Холли пошли к учительской… И тут мне в нос ударил странный запах.

Краска. Причём свежая.