Грязная тайна

Медведь затягивается сигаретой, смотрит так, что сердце заходится.

«Потому что от тебя, блд, постоянно кроет».

С силой вдавливаю ногти в ладони. Глубоко дышу.

— Рус, найди Мельникова, — обращается Медведь к своему товарищу. — Сейчас. Я скоро подойду.

Руслан бросает на меня недвусмысленный взгляд, тушит окурок в урне. Возможно, он хотел бы что-то исправить. Повторить. Теперь уже по-нормальному. Он не понял причину моего изменившегося настроения. Сначала похоти и желания, а потом слёз. Рус не был грубым. Наоборот, максимально нежным и заботливым. Я и сама когда-то думала, что смогу. С ним смогу.

Махнув мне рукой на прощание, он заходит в здание суда.

Мы с Медведем остаемся вдвоем. Здесь безопасно. И у нас есть максимум пару минут, пока не выйдут девчонки.

Глава 35

***— Если ты хотел обсудить ту ночь у Евы и Дениса, то не стоит, — быстро проговариваю.

— Я лишь не понял одного: на кого должен был действовать возбудитель?

Медведь смотрит на меня чуть насмешливо. Я смущаюсь и ощущаю, как краснеют щёки.

— Проехали, — тут же отвечаю. — Это было крупнейшей ошибкой. Я никому ничего не скажу. Никогда-никогда. Надеюсь, ты тоже.

Мимо нас потоком проходят люди, но мы их, кажется, не замечаем, несмотря на то, что к Басаргину часто подходят поздороваться или пожать руку. На меня при этом почти не смотрят. Я объект, не стоящий внимания. Обычная девчонка, которая случайно оказалась рядом с прокурором. Это Катю бы учли — она всегда умела подать себя. Наверное, поэтому Миша и женится на такой, как моя сестра.

— Ты всегда нападаешь первой? — спрашивает Басаргин.

Он опускает руки в карманы брюк, в привычной манере склоняет голову набок.

— Это защитная реакция, чтобы тебе не сделали больно? — продолжает он. — Знаешь, звери нападают первыми, если они ранены или разъярены.

— Но это вовсе не касается лисы. Она пуглива. Нападает, если заражена бешенством.

На губах Медведя появляется едва уловимая улыбка.

— Не волнуйся, Миш. Подобного больше не повторится. И впредь я буду стараться избегать тебя любыми путями.

— Почему? Боишься?

Как загипнотизированная смотрю на него, утверждающе киваю. Разгоряченная кровь проносится по венам. Это не совсем правдивый ответ, но в подробности не вдаюсь. Я боюсь не самого Медведя, а своих чувств к нему.

— Я о другом хотел поговорить, — произносит серьезно Басаргин. — У твоего Коли сменился адвокат. Очень толковый мужик. В целом, если он хорошо постарается и грамотно продумает основную схему защиты, то твоего друга смогут освободить.

— Знаю, что сменился. Это я дала матери Николая средства на нового адвоката.

— Пздц, Алис.