Тайна центрального района

Попробуем поискать под фонарем: Ильич обозначил две морды, которые ему грозили, — с них и надо начинать, так ведь?»

Поскольку Ильич смотрел и ждал, а что конкретно делать — Колька так и не понял, то принял единственно возможное решение: делать хоть что-то.

— Я бы поглядел на месте, Семен Ильич, но так, чтобы никто ничего не заподозрил. Так можно?

— Иди и смотри, — буркнул старик, — а чтобы не заподозрили — я тут останусь.

А что, здраво. Молодец. Уточнив, где в столе деньги лежали, и выяснив, что в выдвижном ящике, прямо под столешницей, — Колька отправился в общагу.

И, как назло, столкнулся с новой комендантшей. В комбинезоне, заляпанном краской, в газетной треуголке поверх косынки — для надежности — Раиса эта как раз подходила к двери комнаты директора. Вот это совершенно некстати.

Глава 17

Дело в том, что Пожарский и сам неоднократно сообщал поверх ее головы о драках, и, хотя напрямую ничего никогда не говорилось, простой здравый смысл подсказывал, что у Асеевой нет никаких поводов хорошо к нему относиться. Поскольку Колька еще не до конца свыкся со своим новым статусом наставника, то предпочитал избегать встреч со взрослыми, к нему недружелюбно настроенными.

Раиса Александровна тоже не выказывала восторга по поводу встречи с товарищем Пожарским и глянула вопросительно. Подавив первый порыв сбежать, Колька рассудил: лучше попробовать объясниться по-хорошему. К тому же вариантов особых не было, она совершенно точно тоже направлялась к двери Ильича, и с трудом можно было провести в кабинете хоть какой-то осмотр, если придется отодвигать от порога эту ведьму с ведром.

— Вы к Семену Ильичу? — спросила комендант.

— Нет.

— Тогда что вам тут надо?

— Смотрю.

— Так, может, вам лучше отправиться в музей? Мне надо дверь докрасить.

В это время из конца коридора вывалилась компания первокурсников, и Колька решился:

— Я вам помогу.

Бестрепетно ухватив тетку под локоть, он распахнул дверь, галантно протолкнул ее вперед, зашел сам и закрыл комнату.

Нет, все-таки дама более чем достойная. Вопреки ожиданиям, не развопилась, не затрепыхалась, в тишине ждала пояснений. По коридору пробежали, хлопнули двери, все стихло.

— Я извиняюсь… — начал Колька, но комендантша, вдруг улыбнувшись, заверила:

— Понимаю, Николай. Понимаю. Знаю, что случилось, и примерно догадываюсь, кто взял деньги.

Что ж, она без обиняков, ему-то зачем мудрить.

— Бурунов и Таранец? — брякнул он.

— Возможно, они, возможно — нет, тут много разного народу, — туманно заметила Асеева, — вы желали оглядеться — давайте, пока никого нет в коридоре. А потом поговорим.