Близнецы от врага. Чужая тайна.

Чуть поворачивает голову, но в глаза мне не смотрит. Напрягается, готова иголки выпустить. Однако в плед кутается: замерзла все-таки.

Не обронив ни слова, становлюсь рядом. Смотрю перед собой, ничего не различая во тьме за окном, и складываю руки в карманы брюк. Иначе сорвусь. Схвачу птичку и сожму в объятиях, после чего она лишь сильнее отдалится. Вот такой парадокс.

Стоим некоторое время в полнейшей тишине. Я даже слышу сбивчивое дыхание Даны. Не знаю, как вести себя с ней. Она не такая, как пять лет назад. Сейчас птичка повзрослевшая, разочарованная. Сломленная. И я тоже приложил к этому руку. Когда бросил ее, перепутав с двойником. Все еще не решился Дане рассказать об этом. Не знаю, как. Только хуже сделаю идиотским откровением.

Да и сама птичка странно себя ведет. Твердит о каких-то деньгах, аборте. Я бы никогда не поступил с ней подобным образом. Тем более, если бы о беременности пять лет назад узнал.

Если бы…

Поговорить бы нам. Обо всем, что случилось. Но чувствую, что не сегодня. Разрушим и без того хрупкое перемирие."

"Однако затянувшееся молчание убивает. К счастью, Дана прерывает его первой.

- Мальчикам няню новую поищу, - произносит спокойно. – В детсад я их пока водить не буду. Боюсь, Игорь заберет, - ковыряет пальчиками оборку пледа. - Пусть дома побудут, хорошо?

Дома… Правильно, птичка, здесь ваш дом. Рядом со мной.

- Да, конечно, - спохватываюсь я. – Кстати, есть у меня няня на примете. Бабуля знакомая. Соседка…

- Знаешь, с близнецами сложно. Они каждую няню через огонь и воду проводят, - на мгновение наши взгляды пересекаются. – Хотя… Ты в курсе уже, - выдает Дана слабый смешок.

- Поверь мне, она справится, - убеждаю птичку. – Бабуля советской закалки, всю жизнь воспитателем проработала. Опаснее спецслужб. Мимо нее ни одна шалость не пройдет.

Дана улыбается почти незаметно. Понимаю это по дрогнувшим уголкам ее пухлых губ. И за простую улыбку я душу продать готов.

Вновь неловкая пауза.

Судорожный вздох – и Дана поворачивает ко мне голову.

- Мне завтра к следователю нужно, - произносит печально. – Отвезешь?

Крохотная победа. Ведь я только рад быть ей хоть чем-то полезным.

- Кхм, да, конечно, - откашливаюсь нервно. – Отвезу, привезу. Прослежу, чтобы не обидел никто.

Осмелев, придвигаюсь ближе, становлюсь вполоборота, опираясь одной рукой об подоконник. Вторую протягиваю к Дане, провожу подушечками пальцев по волосам и бережно убираю за ушко выбившиеся пряди.

- Со мной ты в безопасности, маленькая, - говорю искренне.

Не верит. И тем не менее, почти невесомо касается пальчиками моей кисти. Аккуратно кладет свою ладошку поверх моей. Опускает глаза, вмиг покраснев, и губы кусает, думая о чем-то своем.

Плохо.

Ее невинного жеста хватает, чтобы сорвать мой стоп-кран.

Перехватываю тонкое запястье, дергаю на себя.