Тайга мятежников любит

Командирским рыком приказал всем отступить, лег на край и поступательными рывками стал сползать в яму. Навалилась темнота, в спину вперился ржавый гвоздь, он прыгнул вниз, дорывая штормовку.

– Максим, смотри… – вцепились ему в руку.

– Чеснокова, не приставай! – он пару минут сидел на корточках, давая глазам привыкнуть. Старый затхлый лаз – ширина такая, что руки не развести. Ходить можно лишь вприсядку. Стены обвалились, укосины прогнили, настил над головой угрожающе прогнулся. Обросший плесенью ящик, похожий на ящик для винтовок. Крышка съехала – то есть открывали, и неоднократно. Пыль десятилетиями въедалась в дерево и превратилась в седую спрессованную грязь. Руки тянулись приподнять крышку, посмотреть, что там – в ящике Пандоры. Волосы дыбом, поднялись, зашевелились, словно змеи горгоны Медузы…

– Максимчик, не могу поверить, Господи, мы нашли… – голос Чесноковой срывался, она упала на колени, потянулась к крышке. – Давай посмотрим, Максим, какая она, коллекция Шалимова…

Заскрипело трухлявое дерево. Жар ударил в голову.

– Не трожь! – он метнулся, ударил ее по рукам. Чеснокова отшатнулась.

– Ты что, офонарел?

– Прости… Не лезь, пожалуйста, Чеснокова, – от греха подальше, не надо…

– Но мы же не оставим это здесь?"

"Он сам не понимал, что нашло. Возможно, не понравился угловатый оскаленный череп, отделенный от скелета, – он лежал в сумеречной зоне, наполовину засыпанный землей, уставясь на кладоискателей черными глазами. Чеснокова его не заметила… Что там говорила Алла про дух мертвеца, стерегущий клад? Это, кстати, серьезно – как бы ни хихикали записные материалисты. Кому он мог принадлежать, этот череп, если не самому колдуну Горюну? Сибирская язва не щадила никого, даже колдунов. Он понял, что близится час, спустился в лаз, поближе к своим сокровищам, свернулся у стены… Не мифы, не легенды – немногим из кладоискателей, кому улыбнулась удача, удалось долго прожить. Духи земли, гномы, мертвые «сторожа» очень не любят, когда у них отнимают их собственность. Но не затем же они шли, чтобы полюбоваться и бросить?

– Посмотрим, Чеснокова, обязательно посмотрим, – бормотал он. – Но не здесь, давай поднимем эту беду…

Крышка вроде бы держалась. Он попытался приподнять находку за торец – хлынул пот, ящик оторвался от земли, но прогнулось днище. Пришлось оставить попытку. Два бруска, лишь частично подвергшиеся гниению, всунул под дно спереди и сзади, чтобы получились ручки.

– Еще один – сюда!..

Свалилась, конечно, Катя – взбудораженная, скулящая от волнения.

– Девчата, – распорядился он, – хватайтесь обе спереди, поднимайте. А я сзади, потом перехвачу… Генка, Алла, принимайте…

Нужно отдать им должное – находку не уронили.