Тай-Пен

Ведь и они беглые каторжники, да и предприятие наше незаконное! Что бы они им сказали? Помогите отбить наш нелегальный прииск? Казаки бы их тут же арестовали, а прииск забрали в казну.

Но теперь все иначе.

Вновь посмотрев на расстроенные лица своих товарищей, я торжественно произнес:

— Теперь мы можем потребовать, чтобы власти помогли нам вернуть нашу собственность. Прииск я узаконил, с ним все в порядке!

И тотчас же достал из-за пазухи пакет с документами, обернутый в промасленную кожу, положив его на стол.

— Во-первых, в Петербурге я заказал оборудование для золотодобычи, нанял людей для работы и охраны, а во-вторых, оформил наш прииск — теперь это законное предприятие, зарегистрированное в Сибирском комитете. Самому мне тоже удалось легализоваться — теперь я подданный Российской Империи. Так что, хоть вам на глаза властей пока лучше не попадаться, но в деле защиты от хунхузов мы можем просить помощи.

Я обвел взглядом их ошеломленные, недоверчивые лица.

— Ну, это совсем другое дело! — Левицкий первым оценил эту новость. — Раз так, мы можем обратиться за помощью к властям. Идем завтра в станицу, к атаману! А то вот здесь поселились. Боязно там показываться часто. Все же белые, — усмехнулся корнет."

"Прервав «военный совет», мы занялись более насущными делами: размещением людей на ночлег. Землянки наших «беженцев» с прииска не могли вместить вновь прибывших, а ночевать под открытым небом было невозможно — несмотря на весну, ночи, как всегда в Приамурье, стояли холодные. Пришлось авральным порядком делать шалаши. Прасковью Ильиничну мы поселили в землянке Левицкого, а сами с бывшим корнетом улеглись в свежеустроенном, ароматно пахнущем кедровой хвоей шалаше.

Засыпая, я рассказал ему про нас с Ольгой и про счастливое завершение дела с поместьем. Узнав, как из-за Селищева их семейство оказалось на грани разорения, Левицкий скрипнул зубами:

— Мерзавец! Если я только выберусь отсюда — непременно вызову подлеца на дуэль!

— Успокойся, Вальдемар, он свое уже получил. А вот к сукину сыну Тулишену у меня есть пара вопросов… Ладно, утро вечера мудреней.

На следующий день мы с Левицким отправились в станицу Тепляковская, находившуюся в пяти верстах выше по течению речки Невер. Это оказалась маленькая деревянная крепость, вросшая в почву бескрайней тайги. Она стояла на небольшой, раскорчеванной поляне, вырванной у леса топором и огнем, и казалась форпостом человеческого упрямства на краю света.

Когда мы оказались на улице станицы, я смог рассмотреть ее получше. Единственная улица, широкая и раскисшая от весенней распутицы, вела от ворот в глубь поселения.