Таир

— Стойте! — отпихиваю его я, прикасаясь к ручке на двери и вдавливая большой палец в сканирующее устройство.

Щелчок. Дверь открывается.

— Отлично, в случае чего, оставишь мне на память свой палец! — грубо проталкивает он меня в салон, заставляя перелезть на соседнее сиденье, тут же перехватывая мою руку, зажимая большой палец и активируя двигатель.

Наваливаюсь на него, имитируя потерю равновесия и, проскользнув рукой вдоль его бедра, нажимаю кнопку экстренной помощи под водительским сиденьем.

Да!

— Поздно! Надо было раньше об этом думать, — сгребает волосы на моем затылке этот озабоченный кобель, прожигая своим диким взглядом и жёстко отпихивая от себя. — Пристегнись, безопасность прежде всего, — со смешком вжимает он педаль газа, срывая машину с места, буквально на три секунды и так же резко притормаживая.

Сенсорный датчик считывает инфо, открывая дверь грузового лифта.

Мягкий въезд, плавный подъём.

И опять никого.

Господи, что происходит?.. Куда все подевались?

— Да… А ваш городишко-то весь как на ладони… Верно? Бл*ть! — с силой ударяет этот урод по рулю моей машины.

Вот тебе бы самому молотком по голове! Может и озабоченность бы понизилась!

Ворота без проблем открываются.

Но в отличие от привычной картины предновогодней, усиленной иллюминации за ними царит полнейшая темнота.

Темнота, по меньшей мере, на пару кварталов…

То есть уже все в курсе?.. — с волнением анализирую ситуацию я.

— Это нормально? — поворачивает Алиев голову в мою сторону. — Блеск в глаза днём и спартанская экономия ночью?

Включает он фары, которые вмиг освещают плотный ряд полицейских машин, намертво перегородивших нам путь.

— Сука… — шепотом цедит он, сжимая руль так, что на руках вздуваются вены.

И словно в ответ на его грубость по нам открывают… огонь.

— Не отстёгивайся! — орёт мне мой похититель, дергая регулятор сиденья и практически укладывая меня в горизонталь. — Это ж как надо сосать, чтобы отхватить себе такую красотку! — отвешивает он комплимент моей бронированной машине, набирая скорость и пытаясь рассмотреть дорогу сквозь сетку трещин на лобовом стекле.

— Они не знают, что я здесь! — в истерике ору я. — Им надо сказать!

— Держись!

Удар!

Пятисекундная сдача назад, и ещё один!

Мамочки! — не верю я своим глазам даже тогда, когда наша машина тараном освобождает себе проход и на бешеной скорости вырывается на проезжую часть.

— Мы врежемся! — кричу я, оценивая скорость на спидометре и практически нулевую видимость.

— Да, если ты быстро не раскинешь своими пока не размазанными по проезжей части мозгами и не скажешь, где можно поменять машину.

— Я не знаю! — всхлипываю, размазывая слезы по лицу, всё ещё в шоке от происходящего.