Тайны ночи

— А ничего полегче у нее не было?

— Нет, длительного действия — только это. Она посоветовала влить это в острый суп или в пунш.

— О Господи! Как же я это сделаю?

Диана кивнула на корзину:

— Смородиновый ликер. Добавь туда побольше пряностей и бренди, и он не почувствует даже жгучий перец.

Розамунда посмотрела на спелые ягоды, как будто они превратились в орудие дьявола.

— Боже мой! Ты не представляешь себе, какой он добрый. Почему нельзя ему довериться?

— В самом деле, почему?

Розамунда поморщилась.

— Потому что рискую не я одна. От успеха моего плана зависит будущее многих людей. — Она сунула пузырек в карман и пробормотала:

— Интересно, кто пьет смородиновый ликер на рассвете?

— Почему на рассвете?

— Потому что он хочет уйти на рассвете. — Подруги зашагали по дорожке. — Я заходила в главный дом, и твоя мама пригласила меня переночевать у нее.

Диана понимающе закатила глаза.

— Как же ты отвертелась?

— Я согласилась. Для отвода глаз. Но ты должна мне помочь незаметно улизнуть из дома.

— Дина и Рози! — засмеялась Диана. — Помнится, мы уже раз или два проделывали такое. Ой, как я тебе завидую! Тебя ждет интересное ночное приключение.

Розамунда остановилась и посмотрела на кузину в упор:

— Неужели все так ужасно? — перестала смеяться Диана. — Мне показалось, что ты…

— Вовсе не ужасно. Просто… — Розамунда замялась, — все так запутано!

— Роза! Я же тебя предупреждала.

— С таким же успехом ты можешь предупредить меня, что утром взойдет солнце. Тут уж все равно ничего не изменишь.

Диана в удивлении округлила глаза.

— Прости, — выдохнула она.

— Нет, это ты меня прости. Я сорвалась. Но…

— Да, я понимаю. Может быть, потом, когда…

— Нет! — воскликнула Розамунда. — Не говори про смерть Дигби!

— Прости, — побледнела Диана. — Но… нет! И все же… Расстроив кузину, Розамунда разозлилась на саму себя.

— Конечно, Дигби гораздо старше меня, и я когда-нибудь стану вдовой. Но, Диана, у нас все равно ничего не получится. Он из знатной семьи!

— Мой папа тоже был из знатной семьи и все-таки женился на моей маме!

— Бывает, и ягнята рождаются с двумя головами. Нет, — сказала Розамунда со вздохом, — даже если он закроет глаза на разницу в происхождении, что само по себе глупо, то не захочет жениться на такой коварной лгунье. Ведь я обманываю его, использую в своих интересах, а теперь еще собираюсь напоить снотворным.

— А мои шрамы? Пусть даже он простит мне мою вину, вряд ли ему понравится мое лицо.

— Ты опять за свое? Брось, Роза, у тебя нормальное лицо…

Розамунда вдруг истерично засмеялась и бросилась в объятия подруги:

— Мне так плохо, Диана!

Диана прижала ее к себе.

— Ты уже сделала то, что должна была сделать, милая, и можешь остановиться. Разницы не будет, я уверена.